Зрачки сверкали голубым холодным блеском.
– Во имя Голоса! – крикнула она и распрямила обе пригоршни пальцев.
Два сгустка огня, сорвавшись с объятых пламенем рук, с шипением ударили в кабину «паука» – почти в упор, превратив в пепел лицо водителя. В предсмертной конвульсии тот потянул на себя рычаг управления. Поезд судорожно заскрежетал колёсами. Его сорвало с рельсов, подбросив вверх.
Hell’s bells, gonna split the night
Hell’s bells, there’s no way to fight![80]"
"Песня умолкла. Пролетев десяток секунд, поезд-«паук» врезался в портрет Шефа на стене – князь тьмы улыбался, зажав в зубах неизменную сигару.
Вокруг мелким крошевом брызнул камень. Последующий взрыв разметал по подземелью куски металла и обрывки одежды, к ногам Раэль спикировала пылающая маска Варвары. Перепуганный Малинин, сорвав рубашку, хлопал ангела по обожжённым рукам, хотя пламя уже давно погасло.
– Я была права, – устало сказала Раэль. – Какие-то способности остаются…
Калашников нажал кнопку Stop. О, знать бы её в первый раз! Ромбик с изображением пентаграммы.
Поезд замедлил ход и остановился.
Шатаясь, они вышли из вагона. Малинин поднял обессилевшую Раэль на руки. Её спина была измазана кровью, шрамы от крыльев конвульсивно подёргивались. Алексей огляделся. Вход в подземелье расположен совсем неподалёку. Кажется, они сейчас под станцией метро «Выхино». Стоит зайти туда, выйти с другой стороны и сесть на новый поезд. Тот, который уцелел.
У него в кармане зазвонил айфон, Калашников включил динамик.
В ухо ворвался радостный и скрипучий голос писательницы Невцовой.
– Господин Калашников? Прибыла «машина времени». О, кажется, в гроте такое произошло, когда я была без сознания… ах, и у меня есть сюжет…
Айфон лопнул брызгами от удара о стену. Наступив на его останки, Алексей покрутил каблуком. Жалобный хруст доказал, что гаджет скончался.
– Почему жизнь так несправедлива? – в сердцах пожаловался он Малинину. – Это омрачит мне весь день и ночь тоже. Не ждал, что её оставят в живых.
– Зло не умирает никогда, – ответил Малинин. – Где я это уже слышал?
Раэль обнимала его за шею, уткнувшись в небритую щеку.
Калашников хлопнул Малинина по плечу и улыбнулся.
– Прощай, братец. Мне пора. Свидимся ещё или нет – уже и не знаю. Я надеюсь, скучать ты без меня не будешь. По крайней мере, тут есть водка.
– Вашбродь, может, останетесь? – спросил Малинин без особой, впрочем, надежды. – Алевтина подождёт денёк… а? Пожалуйста.
