Раэль погладила его по голове, перебирая рыжие волосы.
– Ты только выживи, хорошо? – попросила она сухим голосом. – Выживешь – я с тобой пересплю. Но только чистый секс, не более. И не целоваться!
– Договорились, – вне себя от счастья, прохрипел раненый.
Калашников отнёсся к инциденту более чем флегматично. Он даже не подошёл к Малинину, лишь скрестил руки на груди. Раэль распрямилась – пружинисто, как дикая кошка. Однако Хозяйка уже куда-то исчезла, а дымящийся револьвер 38-го калибра валялся на снегу.
Девушка запрокинула голову – в небе над цехом парили падшие ангелы, взяв оружие наизготовку.
– Во славу Голоса! – во всю силу лёгких закричала Раэль.
С неба обрушился шквал огня. Пули-трассеры насквозь прошивали охранников, снег за считанные секунды пропитался кровью. Грохот выстрелов смешался с отчаянным визгом фотомоделей из клуба The Darkness: попадав на бетонный пол, они зажимали пальцами уши. Раэль вытянула руки – с ладоней сорвалось пламя. Два телохранителя превратились в пылающие факелы.
Следующий файрболл, пролетев через весь цех, ударил снайперу из охраны прямо в лоб, – голова стрелка обуглилась.
– Да смилуется над вами всемогущий Голос!
Подобрав автомат охранника, Раэль открыла огонь очередями – от живота. Она шла, как на параде, – поливая всё свинцом и не реагируя на пули.
…Хозяйка успела заползти под заднюю ногу тельца. Она готова была сойти с ума от происходящего. КАКОГО ХРЕНА? Кто они, откуда крылья? Мозг отказывался подбирать варианты, он просто кипел.
Наёмники церкви? Конкуренты? Другие люди? Неважно. Следует надеяться, на её стороне профессионалы, они смогут отбить нападение… по крайней мере, надо спасать документы. Она приложила руку к груди, бумаги хрустнули.
Всё в порядке. Только бы уцелеть."
"Спецназ Ада уже захватил внутренний двор, гранатами подавив сопротивление. Схватка была короткой, но жестокой – на снегу темнели трупы в чёрной форме с рогатой эмблемой на рукавах. В здании шел бой за каждый кабинет.
В главном цехе уцелевшие охранники, оправившись от первого шока, сумели забаррикадироваться у тельца, отстреливаясь от ангелов из пулемётов. То и дело, прорезав ночное небо, в цех пикировал мёртвый ангел с горящими крыльями для того, чтобы воскреснуть через пару минут.
Калашников вразвалочку подошел к телу напарника.
– Малинин, – сказал он, зевая. – Ты заколебал уже каждый раз умирать.
Казак повернул голову – Раэль в данный момент было не до него.
