Уверенно сжав рукоятку «Катрана», Денис, напрягая мышцы, пытался извлечь клинок ножа из чехла, когда перед ним возникла смуглая раскосая физиономия. Обнажив в злой ухмылке редкие зубы, филиппинец поднес к губам трубку духового ружья.
С едва слышным свистом в шею морпеха воткнулся десятисантиметровый дротик.
— Черт, — выругался Денис; резкость в его взгляде исчезла, изображение стало расплываться, пока сознание окончательно его не покинуло…
Глава 5
Один раз живем
Мокрица, забравшаяся на лицо, была липкая, холодная и оттого особо противная.
Она медленно ползла, оставляя на коже влажный след. От прикосновения этой мерзости Денис очнулся, потряс головой, сбрасывая нечисть. Зрение постепенно привыкало к окружающей обстановке; впрочем, ничего увидеть так и не удалось, вокруг царила кромешная тьма.
Полностью придя в себя, Давыдов попробовал пошевелить конечностями, руки и ноги были плотно стянуты в суставах, зато рот был свободен.
— Есть кто живой?
— Вроде я еще не сдох, — донесся откуда-то поблизости голос Дум-Дума.
— Я тоже вроде при памяти, — напомнил о себе Цыган.
— Есаул в порядке.
— Мне тоже ни хрена не сделали, — самым последним обозначился Брикет, из дальнего угла доносилось громкое и недовольное сопение пулеметчика.
— Значит, вся команда в сборе, — с облегчением констатировал майор.
— Попали, как кур в ощип, — буркнул Цыган.
— Это называется — пошли по шерсть, вернулись стриженые, — добавил Дум-Дум.
— Вернемся ли, — озвучил Есаул вслух мысль, которая тяготила пленников.
— Кончат нас здесь, — мрачно высказался Брикет и засопел еще громче.
— Хотели бы кончить, кончили на месте, — жестко ответил Давыдов.
Сейчас для него было самым главным не допустить пораженческих настроений. Психологически сломленный боец — уже не боец. Покойник, предатель, животное, но не человек, готовый к сопротивлению, борьбе, самопожертвованию. Для того чтобы попытаться вырваться или хотя бы умереть достойно, необходимо было сохранить боевой дух всей группы.
— Кончили бы на месте, — повторил майор, — а не использовали снотворное, вязали и тащили черт знает куда.
— Так что же нам делать? — Цыган стал заметно нервничать; этот был готов на все, чтобы получить возможность вцепиться в глотку врагам.
— Ждать, а уж потом делать выводы. Ждать…
В помещении повисла гнетущая тишина, которая в совокупности с темнотой неподъемным прессом давила на психику пленников, и Давыдов решил чем-то отвлечь своих бойцов.
