– Мы хорошо изучили ваше послание, теорию и инструкции…
– Погоди, Асур, – мягко остановил Дивий руководителя «контрас». – Я так понимаю, что все это говорится для наших молодых помощников, за которыми будущее.
– Ты прав, старик, – сказал Грехов, сквозь мудрую усмешку всезнания в его глазах проступила неимоверная усталость и тоска. – За ними будущее.
– И все же я хотел бы знать, кто теперь хозяин Космориума, – упрямо проворчал Вариг."
"– Я, – прозвучал из воздуха сильный и властный голос; пространство качнулось, и посреди гостиной возник высокий крутоплечий мужчина в странном сияющем костюме, лобастый, крупногубый, с прозрачно-серыми глазами, в которых светились такие же, как и у Грехова, ум, сила и знание.
Влад почувствовал толчок сердца, сглотнул колючий ком в горле, сделал шаг вперед.
– Отец?!
Ставр Панкратов шагнул ему навстречу, несколько мгновений всматривался в сына, и они обнялись.
Среди наблюдавших эту сцену прошло движение. Потом Железовский повернулся к Грехову с грозным прищуром:
– Ты знал, что Ставр – Абсолютный Игрок?
– Ну, как тебе сказать… – задумчиво проговорил Габриэль.
– Так и скажи. Напустил туману…
– Это не совсем так. – Ставр Панкратов отодвинул от себя сына, поманил Улыбу. – Я не Абсолютный Игрок, но его… скажем так, полномочный представитель. – Ставр обнял одной рукой Влада, другой Улыбу.
– Ну что, дети, идемте со мной? Я покажу вам свою обитель. Мама давно вас ждет.
Влад встретил взгляд девушки, отстранился.
– Отец… я догадывался… но скажи: сближение Стенок… твой замысел?
Ставр пошевелил бровью, разглядывая нарочито бесстрастное лицо сына, помедлил.
– Не мой, но я его поддерживал.
– Останови процесс!
– Ты не понимаешь… это Изменение…
– Останови сдвиг Стенок, отец! Твое Изменение снова сбросит род человеческий на дно эволюции! Это их дом.
Это мой дом! Я понимаю, ты волен менять правила Игры в любой области своих владений, но дай нам шанс… дай нам шанс вырастить полноценного Игрока самим!
– Кому – нам?
– Вот им, – Влад кивнул на Горана, Варига, Дивия, – Улыбе, ее отцу, родичам… мне…
– Ты не хочешь пойти со мной? В твой новый мир?
– Это твой мир, отец.
