– И тем не менее псевр, то бишь корабль гуррах, свободно пересекает пространство, появляясь в самых неожиданных местах… словно его нынешние хозяева точно знают о каждом нашем шаге.
– Вы предполагаете утечку информации?
– Я предполагаю, что противник наш располагает сетью агентов, прекрасно разбирается в проблеме и великолепно использует наемников.
– Не понял.
– Мой ученик контактировал с экипажем «диплодока» – это интраморфы. А если так, то возможны всего два варианта: они либо наемники, либо… зомби.
Бодров нахмурился:
– Не знаю, не знаю… по-моему, интраморфы слишком заняты собой и любят свободу, чтобы становиться наемниками.
Да и что им можно предложить, какую плату, чтобы они согласились? В их добровольное сотрудничество с террористами я не верю.
– Я тоже.
– Но и зомбирование мне кажется… – Бодров пошевелил пальцами, – не слишком реальным. Интраморфа трудно застать врасплох.
– И все же можно. Вспомни гибель Цамцоя.
– Тогда разработчики Ползучего Террора – не люди! Уровень их возможностей явно выше.
Хотя мы до сих пор не можем ответить на вопрос: кому вся эта катавасия выгодна? Оппозиции у Правительства и Владыки практически не существует, драться за власть некому, да еще такими методами…
– Речь идет о власти более глобального масштаба. Хотите вы этого или нет, но в Метагалактике начинается новая Игра, и нам следует искать не разработчиков Ползучего Террора, а эмиссаров, резидентов и агентов Игроков. Кто-то из них и является фигурантом нашего розыска.
– Но ведь в домене не осталось потенциальных Игроков…
– Ты забываешь о Тартаре, Алекс.
И о спорах Конструкторов. К тому же возможно просачивание в домен чужого Игрока. А человечество не готово ответить… если только мы не ошибаемся в оценке ситуации.
Бодров задумался, поглядывая на свой рабочий стол, мигающий огнями.
– Горан составил схему взаимодействий всех вероятных сил в домене…
– Я видел эту схему, кое-чего в ней не хватает, но парень молодец, умеет мыслить. Главное, что он сумел вычленить три вектора Ползучего Террора, что и заставляет нас принять концепцию вмешательства не одного, а по крайней мере двух Игроков.
Хотя, с другой стороны, уровень этого вмешательства пока крайне низок.
– Просто мы по-прежнему далеки от понимания смысла происходящего, – буркнул комиссар, вставая и подходя к столу, над которым выросла вертикальная алая нить – сигнал важного сообщения.
Нить погасла, вместо нее над столом развернулся виом трека, в котором появилась голова дежурного по Управлению.
