Хотя, с другой стороны, принципиальных возражений у меня и нет. Но этот камешек под нами действительно напоминает Луну, разве что диаметр его поменьше. Что будем делать, напарник? Тут никого и ничего нет, только станция метро. Непонятно, почему именно сюда проложена ветка с борта спейсера, торчащего занозой в Солнце».
«Здесь кто-то есть, – осторожно просигналил Влад. – Я чувствую…»
«А я нет. Где ты что уви… – Она замолчала, уловив чей-то внимательный ментальный взгляд. – Дьявол! Действительно, на нас кто-то смотрит…»
Влад дотронулся до плеча женщины, мысленно указал направление.
В полукилометре от них располагалась еще одна куполовидная гора, на вершине которой виднелись груды камней, похожие на развалины, и среди этих развалин Ванесса разглядела слабо светящуюся в биодиапазоне глыбу камня, напоминавшую статую.
«Оно… живое! – удивленно прошептала женщина. – И смотрит на нас… может быть, это чужанин?»
«Надо просто пойти и посмотреть. Я пытался с ним поговорить, но он не хочет».
«Тогда пошли».
Дыша, как рыбы, вытащенные из воды на берег, они спустились с горы, пересекли две глубокие борозды, множество трещин, гряды скал и взобрались по склону соседнего возвышения наверх, к развалинам, которые и в самом деле представляли собой остатки какого-то строения. То, что они издали приняли за статую, оказалось живым чужанином!
Вблизи он походил на грубо отесанную черную скалу в форме выпрямившегося, вставшего на дыбы медведя, задние лапы и торс которого до «живота» были завернуты в золотистую фольгу.
«Кожа» этого «медведя» высотой по крайней мере в три человеческих роста непрерывно шевелилась, «текла», играла сыпью кристалликов, а от всей «статуи» исходила волна живого тепла, хотя ничего человеческого в этом ментальном «тепле» не чувствовалось.
«Все-таки это чужанин! – прошептала Ванесса. – Живой!»"
"В голове Влада словно лопнула струна, затем перед глазами промелькнул каскад бесформенных видений, своеобразный слоган, в котором ничего нельзя было понять, кроме эмоциональной составляющей – рассеянной заинтересованности.
Чужанин пытался что-то сказать людям на своем тарабарском пси-языке.
«Ты его понял?» – спросила Ванесса.
Влад ответить не успел. Видения перед глазами исчезли, вместо них затрепетали огненные ленты, складываясь в слова земного диалекта:
«Кто… потревожность… мой… обитель… безмолвие… вопрос».
«Что?» – растерянно переспросила Ванесса.
«Он спрашивает, кто мы», – хладнокровно перевел Влад.
