«Естественно, на одной», – не понял хозяина Горан.
«Тогда второй когг, что спрятался за нагуалем, не принадлежит вашей службе?»
«Почему вы думаете, что он спрятался?»
«У меня сложилось такое впечатление. Он шел за вами, потом отстал и, когда вы стыковались, ушел за «колючку». Извольте полюбоваться».
Кирш, не вставая с места, дал команду инку аппарата, и тот развернул перед ним виом обзора. Буро-малиновой колючей громадой в нем обозначился нагуаль, серебристым крестиком – исследовательская станция, голубыми треугольниками – корабли сотрудников станции, а из-за колючки нагуаля торчал фиолетово-красный «клюв» какой-то спейс-машины.
Инк дал вариацию увеличения, и в растворе виома протаяло окно, в котором стал виден корпус неизвестного когга.
«Внутри четверо, – сказал Кирш, косо глянув на молчащего Милича. – Все четверо – паранормы. И все четверо внимательно смотрят на нас».
«Я чувствую, – сухо ответил Горан.
– Но в мою свиту они не входят».
«В таком случае остается предположить, что они следят за вами. Что не есть хорошо в свете последних сообщений о Ползучем Терроре. Вы кому-то мешаете, мистер комиссар».
Кирш поймал сверкнувший взгляд Горана, добродушно ухмыльнулся; примерно так могла улыбаться груда камней.
«Я в курсе всех событий в службе ОКО. Вы недавно были комиссаром «собак», теперь «кобра» особой группы. Хотите, я попробую определить, к какой организации принадлежат эти парни?»
«Каким образом?»
«У меня на борту имеется кое-какая хитрая аппаратура, которая вполне годится для подобного применения».
«Буду благодарен».
Кирш сел в кокон-кресло, занялся переговорами с инком когга, выключил виом обзора на несколько минут, потом снова включил и вылез из оперативного кокона.
«Когг принадлежит правительственной комиссии по расследованию, это совершенно точно, однако установить личности наблюдателей не удалось.
Но давайте сменим тему, поговорим о том, что вас привело ко мне. О наблюдателях не беспокойтесь, я вас провожу до станции».
Горан еще раз посмотрел на когг с наблюдателями-интраморфами, якобы выполняющими задание правительственной комиссии, и согласился. Ими он решил заняться позже.
ДНО ЗЕМЛИ
Борейский тоннель поражал воображение длиной и размерами. Строившие его гиганты усилий не жалели.
