осознала, что утром он купался обнаженным, раз штаны остались на бедрах сухими, и почему-то от пришедших образов начинаю краснеть.
Нагибаюсь за шлепанцами, беру их в руки, неожиданно до меня доносится, громкий стон Кирилла. Звук заставляет резко обернуться в его сторону. Так и застыла с обувью в руках.
— С тобой все в порядке?
Еще раз внимательно осматриваю парня, ничего необычного не замечаю, кроме того, он стоит ко мне спиной. Залипаю, разглядывая его спину, так и хочется подойти и прижаться к ней.
— На камень острый наступил, — глухой, недовольный голос парня настораживает.
«Неужели ему так больно?»
— Покажи, — решительно направляюсь в его сторону, — может надо обработать?
— Не надо, одевай свои шлепки, ты вроде это собиралась делать, — раздраженно произносит он, стаскивает с себя одним движением футболку, разбегается и прыгает обратно в воду. Резкими четкими гребками, как профессиональный спортсмен уплывает все дальше от берега.
Правильно говорят, благими делами устлана дорога в ад. И что это он так разозлился? Я его на этот камень заставила встать? Да ну его.
Подхожу к кромке воды, ополаскиваю ноги и шлепки от песка соринок, надеваю и, не дожидаясь, когда они высохнут, спешу убежать отсюда. Грубиян! Не потеряется, прекрасно сможет и сам дойти.
— Подожди, — не успела я пройти и половину пути, как сильные руки мужчины остановили меня, притянув к прохладному телу. Кожа покрылась мурашки, и это явно не от холода. Попытку вырваться наглым образом оборвали, развернув к себе и впечатав лицом в грудь.
На коже мужчины блестят еще капли воды. Меня совсем не раздражает, что его влажная кожа касается моего разгоряченного тела. Это и не может раздражать, так как такая близость заставляет испытывать совсем другие эмоции. Но после его грубости, поддаваться его чарам не собираюсь.
— Ксюш, не злись, — не просит, а приказывает этот бесчувственный чурбан. — Ты же не маленькая должна понимать, что мужчина чувствует, когда рядом с ним сексуальная девушка, да еще так нагло выставляющая свою аппетитную попку на обозрение.
«Сексуальная?», «это у меня аппетитная попка?» Я сейчас киселем растекусь у его ног. Ему стоит закон запретить говорить мне такие вещи."
"— Я и так еле себя сдерживал, твоя мокрая футболка не оставляла простор воображению. А эти острые вершинки, — и он опускает палец на мой сосок, — твоей груди сводили меня с ума. Безумно хотелось их попробовать на вкус. — Все это время он пальцем обводит вершину, а я, теряю в этом мире всякие ориентиры.
