А, кстати, что здесь плохого? В этом тоже есть своя, так сказать, прелесть. Прелесть давнего, устойчивого брака. Мужчина, приятный во всех отношениях. Мечта, можно сказать, теток от двадцати до семидесяти. А она пренебрегает.
Он придвинулся к ней, и она почувствовала его грудь и гладкий живот. Он привстал на локоть и наклонился над ней.
– Милая! – сказал он.
Она прыснула. Он отпрял и лег на спину. Обиделся. А действительно, что тут, собственно, смешного?
Она ненавидела слово «милая». Она не терпела вопроса после «всего»: тебе было хорошо?
Вот ничего более идиотского спросить было невозможно.
Да и какая она «милая»? Не смешите, ей-богу!
Он повернулся спиной и обиженно засопел. «Ну и черт с тобой», – подумала она.
Главное – избежать этой каторги. Хотя бы сегодня.
Господи! Что я делаю со своей жизнью?
* * *Утром, под мягкий и щадящий звонок японского будильника она встала и пошла будить сына. Эта история была еще та! Антон совершенно не поддавался на уговоры, посулы и угрозы. Поднять его было почти нереально.
Ну не пускать же в дело чайник с холодной водой!
Она щекотала ему пятки, сдергивала одеяло, включала музыку. Он дергал ногами и мычал.
– Идите вы все!!!
– Куда? – спрашивала она."
"А он уже снова дрых. Она распахнула окно – в комнату влетел прохладный ветер.
Отбросила одеяло подальше – чтобы никак не достать. И пошла на кухню готовить завтрак.
Муж вышел из ванной – свежевыбритый и пахнущий отличным парфюмом.
Молча сел на стул и взял газету. Не забыл! Обиделся.
Он вообще любил обижаться. Да и бог с ним. Она налила ему кофе, положила на тарелку творог и рядом поставила плошку с медом.
Профессор следил за здоровьем и, как следствие, за питанием.
Наконец выполз замерзший сын. Все молчали. «Утро – тяжелое время», – подумала Лина. Пока все раскачаются, пока придут в себя. Слава богу, ей сегодня на работу к обеду. Впрочем, куда торопиться! Она может и вообще не пойти. Позвонит девчонкам и скажет, что придет завтра. С готовой работой. В принципе, она все может делать и дома – компьютер под боком, разумеется.
Но сходить туда, это чцдесное место, пару раз в неделю можно. И даже – с удовольствием. Потрепаться с девчонками, посплетничать, попить кофейку.
Отвлечься, короче говоря. А это как раз то, что ей сейчас нужно было больше всего.
– Вить! – она обернулась от плиты. – Забыла сказать! Вчера звонил Петрович. Сказал, что опять что-то с камином и дымоходом. Ну нужно что-то решать.
– Лина! – откликнулся Виктор.
