Например, после жаркой проведённой с ней ночи…
– К-кажется, да.
– Это хорошо. Потому как, не понимая характера травм, человека лучше вообще не трогать. В смысле, до приезда медиков. Но если бы я тебя не вытащил, ты бы замерзла насмерть. Пришлось рисковать. – Говоря это, Краснов осторожно перебрался за руль. Тронулся, моля небо, чтобы независимая подвеска всех колес помогла ему пробиться. Если не до города с его больницами, то хотя бы до базы. Где тоже был какой-никакой док. Обычно молчаливый, он не знал, чем вызвана такая разговорчивость.
Не иначе, как нервами. Семен уставился в зеркало заднего вида. Дуня до сих пор дрожала. И… тихо всхлипывала.
– Что такое? – рыкнул Краснов, зависая одним колесом над пропастью.
– Б-болит.
– Что болит?
– П-пальцы. Н-на руках и ногах. Ужас-сно больно.
Семен сжал покрепче руль. И затаил дыхание, протискиваясь все дальше.
– Это скоро пройдет. Ты держись, ага? И выпей кофе, если получится.
Что еще он мог ей сказать? Ничего. В том-то и дело. Что она думала по этому поводу? Он не знал.
Ни черта ведь не было видно. И уж тем более ее, на заднем сиденье. Так, лишь очертания фигуры.
Наконец он объехал снежный завал, и дальше стало попроще. Насколько простой может быть езда в снежный буран по горной дороге, когда из-за мыслей и неожиданно проснувшихся чувств на ней почти невозможно сосредоточиться. И вообще…
– Эй, Дуня…
Молчание. Уснула она, что ли? Это плохо или хорошо? Тревога, какой он давно уже не испытывал, а может, и никогда, сковала затылок и перекинулась на тело ознобом.
– Нет. Нет. Быть не может, – раздался с заднего сиденья глубокий медовый голос. Чуть более сиплый, чем он запомнил.
– Чего не может быть? – переспросил Краснов, безуспешно всматриваясь в темную фигуру, свернувшуюся в калачик на заднем сиденье.
– Тебя. Это – галлюцинация. Опять галлюцинация. Или ты мне снишься?
Не выдержав, Краснов включил свет в салоне аккурат в тот момент, когда Дуня, изменив позу, чуть приподнялась на локтях. Их взгляды встретились в зеркале.
– Снишься, – уверенно кивнула она и, вновь отключившись, тяжело опустилась обратно.
Глава 2
– В кошмарах? – он хотел спросить, но в последний момент удержался. Глупо это было, спустя столько лет. Хотя, наверное, ему стоило извиниться. Для себя, в первую очередь. Чтобы легче стало. Ну, и потому что он действительно сплоховал.
А метель все усиливалась… Видимость вообще нулевая. Он боялся пропустить поворот. Поэтому заставил себя переключиться и сосредоточиться на дороге.
