А если я буду упорствовать… Собственно…
— Скажите, что со мной будет, если я так и не найду общего языка с силой? — спросил я у замолчавшего старика. — Мне сказали, что она меня просто выжжет изнутри.
— Не совсем верно, — покачал головой мой собеседник. — Скорее — она тебя поглотит. Если говорить просто — ты сойдешь с ума. Не она будет в тебе, а ты станешь ею. Ну а что силе вздумается творить — мне неведомо. Но для тебя это хорошо не кончится.
Вот тут-то мне и поплохело. Сходить с ума я не хотел, не входило это в мои планы.
— Сколько у меня есть времени? — заерзал на кровати я. — Недели? Месяцы?
Дед снова покачал головой, давая мне понять, что данный вопрос не имеет ответа.
— Весело. — Я запустил руки в шевелюру, отметив, что пора бы наведаться в парикмахерскую. — Господи, вот за что мне это все?
— Не паникуй раньше времени, — невозмутимо изрек ведьмак. — Наведайся в мой дом, забери нож, забери книгу. А еще лучше — поживи в нем месяцок, пока лето на дворе. Там тебе и стены помогут, поверь мне. Город — это мертвое место, здесь нет земли, нет леса, нет того, что когда-то создало таких, как мы.
Там — наше исконное, наши корни. Там ты найдешь себя. Не спорю, тебе тяжеловато придется, изнеженный ты, как все горожане, но зато путь виднее будет.
Я хмуро глянул на него. Ну да, предел моих мечтаний — бросить все, уехать в деревню. В народ."
"— Что волком смотришь? — Старик развеселился. — Я тебе дело говорю. Та же книга — ты и сотой части не поймешь, если руками не сделаешь то, что в ней написано.
Здесь это невозможно. А без этого ты не ведьмак. Знаешь, как детишек в школе учат? Они сначала все вместе одно и то же узнают, а уж потом по институтам разбегаются, каждый — по своему. Вот и ведьмаки — путь у каждого свой, но исток один на всех, общий. Базовые знания, если по-современному говорить.
— Так книга — это всякие рецепты, что ли? — сообразил я. — Зелий и всего такого?
— И это тоже, — уклончиво ответил дед. — Заберешь — узнаешь. И вот еще что — ты там, в деревне, особо ни с кем не откровенничай — кто да что.
У нас там разные люди есть, кое-кто может на тебя глаз положить. Если точнее — не на тебя, а на то, что я тебе передал. И это будет не болотная грязнуля, там дамы посерьезней.
— А говорите — поживи там. — Я невесело посмеялся. — Противоречите себе.
— Вовсе нет, — невозмутимо произнес дед. — Сейчас ты приезжий, за тебя никто не спросит, а коли заселишься — соседом будешь. Сосед и приезжий — разные вещи. И отношение к ним разное.
