— Хлопает по своим коленям, приглашая к себе. Оплетает меня руками, а мне как-то теплее что ли становится. Безумный, сумасшедший день.
— Я мало, что умею, Маш. К жизни бытовой мало приспособлен, сама знаешь. Готовить еду, например, не в состоянии, но все, что смогу, я сделаю. Все хорошо будет, разберемся. Ты, главное, нервничай поменьше.
— Почему?! Ну вот почему? — Смотрю Рыжему в глаза, как будто именно там ответы на все мои вопросы. — Дань! Я еще… полгода назад жила нормальной жизнью, у меня все было хорошо. А за эти пару месяцев случилось столько, сколько у обычного человека за десять лет не случится!
— Я ни черта не понимаю в жизни, Маш, но рано или поздно все это должно было взорваться, вот и взорвалось, — Гладит меня по голове как ребенка несмышленого.
Ладно, поехали обратно. Или ты тут ночевать хочешь?
Утром в универ не пошла, Барсукова обещала все рассказать и дать потом списать. Какая тут к чертям учеба может быть? Всю ночь ворочалась, спать не могла, пока Рыжий в охапку не загреб, ногами своими длинными не зажал, чтобы не крутилась.
Чего-то спросонья пробурчал в ухо, но так и не отпустил. Он всегда горячий, о него греться можно, я даже начинаю привыкать к его табачному запаху.
Завтракать не хочу, совсем аппетита нет, но ловлю голодный взгляд Дани, брошенный на холодильник. Там, интересно, есть вообще что-то?! Колбаса с сыром спасли положение, по крайней мере один из нас явно доволен. Жаль только, что не я."
"Он купил папе почти все, что нужно было, осталось немного совсем докупить.
Часа два мотались по городу, но вроде все, что нужно, у нас есть. В общем, не только я на универ сегодня забила, Рыжий тоже к своему компу еще не подходил. Нас обещали пустить к папе в два часа дня, хотя официально посещения с четырех.
Он получше сегодня выглядит, храбрится. Ничего ему не говорю про Милу, обещаю, что к братьям заеду. Не представляю как тетя Марина с ними справляется, хотя раньше слушались они ее лучше, чем нянь.
Даня рядом все время, только отходил ненадолго, ему, кажется, звонил кто-то.
— Я дом хочу продать, Маш. Мы из-за этого с Милой поругались. Ты не должна была за меня кредит платить, маленькая.
Ну надо же… Не ожидала, сейчас совершенно говорить об этом не хочется, но папа продолжает.
— Я много думал, Маш. Не могу там жить больше, столько всего было вбухано в него, сил, денег, времени. Заново хочу все начать. Мне работу предложили, я, собственно, чего в город приехал. Сам Жаров Аркадий позвонил, представляешь.
