Я первая пришла.
Хочу уже присесть за свободный столик, так меня останавливают.
— Если вы Мария, то вас ждут.
Конечно, тут же есть отдельные кабинеты! Такая звезда как Луиза не будет сидеть со всеми. Ну и ладно, лишних свидетелей нам и не надо. Мы проходим через весь зал, потом направо. Тут, кстати, интерьер побогаче, не бывала здесь раньше.
Она сидит за столиком, здесь еще и диванчик есть небольшой. Уютненько так.
— Я рада, что ты пришла.
Улыбается, словно мы с ней подруги. Хоть целоваться-обниматься не полезла, и на том спасибо.
— Да и я… рада.
Перед глазами меню, но я сюда не есть пришла.
— Будешь что-то? Я угощаю.
Да пошла ты! Угощаешь. Я сама могу себе что угодно тут заказать! Ну или почти все.
— Аппетита нет. Так что ты хотела, Луиза?
— Я помочь тебе хочу, Маш. Ты мне нравишься. Давно за тобой наблюдаю, с того дня, как вместе в баре футбол смотрели. У нас ведь много общего.
Да неужели? И что же, интересно, у нас общего? Рыжий?
— Помочь? В чем?
— Не в чем, а чем. Деньгами, конечно. Они нужны тебе.
Вот такого я совсем не ожидала!
— Они всем нужны.
— Но тебе ведь особенно, да? Ты, говорят, с первого курса мужа богатого себе ищешь? Даже на Макса Полянского вешалась… Я вот подумала, может, мы с тобой хорошими друзьями можем стать.
Она стебется? Какими друзьями?!
— Это вряд ли! Да и у тебя и Баринова в подружках, да?"
"— Инсту мою смотрела? Маринка глупа, никогда не думает, что делает. Мы с ней очень разные, Маша. Мы не дружим. И речь не о ней. О Даниле. Он ко мне всегда хорошо относился, как и я к нему.
Жаль, потерялись на несколько лет. Но я вернулась, так что… — У нее улыбка с лица не сходит. Спокойно так говорит, мягко. Сама доброжелательность. Короче, не я совсем! — Так что, Маш, я думаю, тебе не место рядом с ним. Не знаю, что там у вас с ним было и было ли, но твое внимание к нему излишне. Ваш… дружеский уик-энд закончился. О нем есть кому позаботиться.
— И кому же? — Ответ знаю, конечно, но пусть сама скажет.
— Мне. Даня, он очень хороший, сама знаешь. Умный, добрый и…
— И Полянский?
— И Полянский.
— Он не возьмет деньги отца. Ни копейки. Никогда! И не станет с ним общаться. Да все знают, что его отец тебя к Рыжему приставил! Думает, уломаешь его сына, и он к папочке прибежит, раз Макс так облажался? Он не прибежит. Ты ошиблась, Луиза!
Вообще я надеялась, что тут она потухнет, а нет, еще шире улыбка. Ее вообще мои слова не трогают!
— Это ничего не меняет, Маш. Даня очень обижен, и я его не виню. Еще и мать умерла.
