— Смеешься? Зачем?! Папа исправно каждый месяц по сорок штук переводит. Когда деньги кончаются, я карту беру кредитную…
— То есть сорок тысяч тебе не хватает? Закатываю глаза, все-таки Барсукова иногда бесит!
— Варь, ты хоть знаешь, сколько моя одежда стоит? А сумки? Косметика? А фитнесс? А «косметичка», а волосы?! Я не могу ходить в одном и том же… Клубы опять-таки…
— Я думала, там девушки не платят за себя…
— Ну по-разному бывает. — Не рассказывать же ей, что я часто сама за всех плачу. В нашей компании я самая денежная.
Была, наверное.
— Мань, ты только не ори, хорошо? — Начало такое, что ничего хорошего от зануды не жди. — А ты не думала и правда работать?
Где я, а где работа? Я что, лошадь?! Да меня вообще все сгнобят!
— Варь, ты думай вообще, что говоришь! Я не хочу, как мать, в сорок лет на кладбище оказаться!
— Не все, кто работает, умирают молодыми.
— Скажи еще, что они живут вечно. — Фыркаю. — Все! Закрыли тему! Ешь свои круассаны и давай в центр заскочим. Я там босоножки присмотрела…
Вечером снова едем купаться.
С нами Мила увязалась. Хотела послать ее, но вовремя сдержалась. Все-таки патлы повыдергивать я ей всегда успею, а вот тачка и папины бабки мне сейчас куда нужнее. Вот дура она, пытается к Барсуковой прилипнуть. Думает, перепадет что от такого знакомства. Но я помалкиваю. На пляже дофига народа, по местным меркам, конечно. Есть даже знакомые.
— Привет, красавицы! — к нам подходит Игоряша, пытается поцеловать в щеку. Отпихиваю идиота. — Он ржет и приобнимает Милу за талию.
Вижу, ей неприятно, но она терпит.
С песка поднимается Толя, это еще один папин зам, он у них главный. На самом деле он контролирует все финансы у отца, то есть лучше других знает, что происходит в пекарне. Если и спрашивать, то у него.
— Присаживайтесь к нам.
На лежаках рядом расположились еще двое мужчин и трое девушек. Девушек — это так бы Варюха сказала, я же говорю, что это были три довольно известные в узких кругах бляди. Дорогие девки, ничего не скажешь, но все равно бляди.
Улыбнулись нам так, как только могут улыбнуться при виде, как к их мужчинам подходят три бабы. Ничего, потерпят. Из чьего-то айфона кричит Loboda. Кажется, ее последний хит.
Варька садиться к ним не хочет, вижу по глазам, не нравится ей тут. Смотрю на нее умоляющим взглядом, разве что ладони у груди не сложила…. Ну вот, другое дело.
— Отдыхаете?
К Барсуковой подтягивается ближе один из этих двоих. Никогда прежде у нас их не видела.
— Купаться приехали, правильно.
