Укрытие так себе, но небольшую группу оно защитило.
Разведчик «Хеншель 126» с широким крылом, поднятым над фюзеляжем, прошел на высоте четырехсот метров. Савенко отчетливо разглядел наблюдателя в открытой задней части кабины.
Немец-наблюдатель в кожаном шлеме следил за местностью. Перед ним торчал пулемет, который он мог пустить в ход в любую секунду.
Этот самолет с ярко-оранжевым капотом и хвостом, торчавшими колесами и несуразным крылом не производил впечатления грозного противника. Однако два пулемета (один впереди) и запас бомб делали его опасным противником.
"
"Тимофей Савенко невольно закрыл глаза. Казалось, его взгляд приковывает внимание летчиков.
– Пронеси тебя черт, – бормотал красноармеец, тесно прижавшийся к сосне. – Летают, как у себя дома.
Не пронесло. «Хеншель» замедлил скорость и начал разворот.
– Мужики, не шевелиться, – предупредил свою команду Коржак.
Легкий разведчик наверняка бы разглядел пятерых русских солдат, но пилотов больше интересовал участок леса на вершине холма – удобное место для обороны.
Вниз полетели две небольшие бомбы, а затем открыл огонь из кормового пулемета «МГ 15» наблюдатель. Скорострельный «машингевер» посылал длинные очереди (16 пуль в секунду), прочесывая лес в поисках замаскированных русских орудий.
Заканчивая ленту, наблюдатель послал очередь в сосны под склоном. Тимофей услышал, как вскрикнул красноармеец, прижимавшийся к сосне. Когда самолет улетел, он окликнул его:
– Все в порядке?
Тот разразился руганью:
– Гадина, пулю в сосну всадил на вершок выше головы.
Детей сиротами чуть не оставил.
– Вершок – это сколько? – насмешливо спросил Коржак.
– Во, четыре пальца! Еще чуть-чуть, и башка бы вдребезги.
Осмотрели след пули. Она прошла сантиметров на двадцать повыше, но ударила с такой силой, что на выходе вышибла длинную острую щепку.
– Ладно, успокойся, – хлопнул по спине бойца Иван Коржак. – Считай, боевое крещение получил.
Дальше двигались двумя группами. Впереди Коржак с Федосеевым, метрах в пятидесяти Савенко и два красноармейца.
Видели следы бомбежки. Немцы накрыли колонну в низине и сбросили десятка два бомб. Прошли мимо разбитой повозки, воронок, заполненных мутной водой.
Размякшая почва частично спасала людей. Бомбы зарывались глубоко, и осколки шли вверх. Но несколько мертвых тел так и остались лежать. Похоронить их спасавшаяся от бомбежки рота или батальон не смогли. Невольно сняли каски и тоже поспешили дальше.
В одном месте разглядели на возвышенности легкий бронетранспортер.
