Он получил двадцать человек пополнения и два пулемета Дегтярева. Люди всю ночь копали окопы и отсечные ходы.
А утром настроение поднялось еще больше. Немцы на их участке больше не лезли. Лейтенант сходил в полковую санчасть и напросился на перевязку к медсестре Насте Ютовой.
– Чего-то рана разболелась, – жаловался он, с трудом скрывая улыбку.
– А радуешься чему? – спросила его младший сержант медицинской службы.
– Да так… увиделись вот.
– Увиделись, – согласилась девушка. – Быстро ты меня отыскал. Снимай гимнастерку, глянем, будешь жить или нет.
– Буду, – улыбался лейтенант. – А вечером еще приду.
– Ну-ну, – пожала плечами медсестра.
Баловать улыбками всех пациентов красивая медсестра не торопилась. Но и говорить «нет» крепко сбитому, шустрому лейтенанту тоже не спешила.
Последующие несколько дней прошли в относительном затишье. Полк зарывался в осеннюю землю, углубляя окопы, ходы сообщения. Взвод лейтенанта Краева по-прежнему находился в боевом охранении.
Однажды утром на пароконной упряжке привезли противотанковую 45 миллиметровую пушку.
Старший сержант доложил:
– Артиллерийский расчет прибыл для отражения атак вражеских танков. В наличии шесть бойцов, две лошади. Боезапас пятьдесят снарядов. Командир расчета, старший сержант Семенюк.
Красноармейцы с любопытством обступили приземистую пушку с тонким стволом. Особого впечатления она не производила, а ствол вообще казался почти игрушечным.
– Мелковата твоя пушка, – оглядев «сорокапятку» со всех сторон, заметил Иван Коржак.
– В кого ты из нее стрелять собрался?
– Не в кого, а во что, – с достоинством ответил скуластый старший сержант лет тридцати пяти. – Орудие предназначено для уничтожения немецкой бронетехники. Кстати, тебя субординации не учили? Лезешь вперед своего командира и по уставу обращаться не научился.
– Может, устав вы лучше меня знаете, – подковырнул артиллериста сержант Коржак. – Но пока вы свою мандулину везли, мы немецкий танк бутылками с горючкой подожгли, едва ноги унес. И два мотоцикла подбили.
– Иван! – прикрикнул на своего помкомвзвода Краев. – Если делать не хрена, обойди позиции, проверь маскировку.
– Почему не хрена? Я товарищей пушкарей махоркой угостить собрался. Вот, пожалуйста, товарищ старший сержант.
Он протянул кисет, еще раз оглядел орудие и заметил:
– Калибр небольшой, но прицельность, наверное, хорошая.
– Бьет точно. На полкилометра сорок миллиметров брони прошибает, – объяснял Семенюк. – Только немцы броню постоянно наращивают.
