Самойлов заговорил:"
"– Итак, парни! Сегодня мы проведем дружеский спарринг между десятью парами. Вы уже знаете, кто будет выступать. Если хотите отменить поединок – травма или настроения нет, – говорите сразу, чтобы мы успели заменить. Правила таковы: в пах не бить, в полную силу не бить, не добивать. Про то, что нельзя глаза выдавливать, рот рвать и ноздри, – думаю, говорить не надо. В остальном – все возможно. Бой идет до тех пор, пока мы с Андреем Васильевичем, – он указал на тренера гуиновцев, – его не остановим.
Или если противник не может продолжать бой. Итак, первая пара: Касьянов и…
– Никитин! – подсказал тренер гуиновцев. – Никитин, давай! Покажи, на что способны наши парни!
И Никитин показал. Честно сказать, не очень чтобы так и показал. Ну да, крепкий. Да, есть навыки рукопашки. Но все грязно, нечетко, и расчет лишь на дурную силу.
Касьянов был поинтереснее – пару раз он хорошо поймал Никитина на приемы (которые, кстати, я ему и преподал), но у него не хватало умения. Отработать до автоматизма все то, что я им дал за последнее время, можно.
Но только если заниматься с утра до вечера, практически каждый день. А они ведь еще и работают. Ходят в зал два-три раза в неделю. Против лоха-алкаша или туберкулезного уголовника – сойдет, но против профессионала совсем даже нет. Слабовато.
По очкам выиграл все-таки Никитин, в этом сошлись оба тренера. Он умудрился красиво навесить Касьянову в нос, и тот умылся красной юшкой. Хорошо, хоть не в полную силу, хотя для носа хватило бы и четверти силы, если правильно ударить.
Сломался бы просто на раз. Не надо сильно бить, надо точно попадать. А точность достигается именно упорными, истовыми тренировками изо дня в день, изо дня в день. А если ты пропускаешь какой-то период, если не занимаешься – навыки частично теряются. Сейчас я, наверное, не смог бы сладить с самим собой тем, который бегал по Кавказским горам, как озабоченный гоном олень. Он (прежний я) навешал бы мне люлей только так! Отяжелел я, погрузился в мирную жизнь.
А тот я был готов убить и готов умереть.
Конечно, за эти месяцы я хорошо подтянулся, но все-таки не так, как хотелось бы. Но ничего, время у меня есть – подтянусь еще!
Второй парой были наш опер из городского отдела Симонян, армянский еврей – волосатый, могучий, как гризли, и такой же здоровенный «нордического» вида парнюга из ГУИН. Судя по разговорам, парнюга служил у них в какой-то там спецроте, видимо, аналоге будущего спецназа.
