– Напарника? И кто был напарником?
– А ты угадай! – засмеялся Орлов и пробежал следующий лестничный пролет легко, словно мальчишка. – Он был на год старше меня. Почти брат. Если бы нужно было просто застрелить приличного господина, то я, может, и не справился бы, а так… Ему подставили девушку, дали возможность приступить к работе, а потом вошли мы… И у нас не осталось сомнения не то чтобы в допустимости убийства – у нас не было сомнения в его необходимости. И тошнило нас потом не от того, что мы отняли жизнь у человека, а от того, что мы видели в той комнате… от того, что осталось от той несчастной «мальвины».
– Ее звали Мальвиной?
– Ее звали Ефросиньей, творческим псевдонимом было Жаннет, а проституток тогда именовали «мальвинами». И граф Толстой… красный граф Толстой в своей сказке «Золотой ключик» нарывался на серьезные неприятности, если иметь в виду, что в образе Пьеро он выводил Блока… Получается, что его возлюбленная – проститутка. Я бы за такое морду набил… Неужели вам ничего такого на вашем филфаке не рассказывали, Севочка? Карабас – Мейерхольд… Нет?
– Нет.
– Ну и бог с ними, с персонажами. – Орлов открыл дверь в подъезде и вышел на улицу, подождал, пока выйдет Севка. – Давай прогуляемся… Вот туда, например.
Севка молча пошел рядом.
– Ты не злись, Сева, – тихим, серьезным голосом сказал Орлов. – Мне нужно было что-то делать…
– Я понимаю, – ответил Севка. – Не понимаю, почему именно я. И почему ты не протащил всех в свою эту самую воронку.
В ту, через которую ты сам проник. Одного за другим всех своих парней. Их же не меньше трех, если судить по количеству хулиганов, которые просили у меня закурить. Или ты тоже был среди них?"
"– Конечно, был. У меня нет больше людей. А нанимать всякую шваль опасно. Ты вон в драку неожиданно полез, нос сломал Сашке Чалому… Если бы там были какие-нибудь мальчики по вызову, то простым ушибом головы ты бы не отделался. Вот и пришлось самому. А кроме того, воронка – штука одноразовая.
Прошел – все, закрылась. Возможно, в этом месте и времени откроется другая, но только чуть позже. И не наверняка. Поэтому если есть возможность и необходимость – нужно действовать. Тебя протиснули на дорогу, я вывалился в лес, а Чалый – в пригороде Москвы, в марте сорок первого.
– Еще до войны… – сказал Севка.
– Еще. И если ты о возможности предупредить Сталина о нападении, то этот вариант мы даже не рассматривали. Объяснить почему?
– Не нужно.
