Наверное, не зависит, социализм все-таки на дворе. С другой стороны… Черт его знает, что тут у них с другой стороны.
Терпеть и готовиться. К встрече со старшим лейтенантом Орловым, например. Они встретятся, не могут не встретиться. И пусть это будет похоже на дешевое кино, в котором персонажам, так или иначе, предначертано пересечься еще раз, но отчего-то Севка был в этом уверен.
Ему очень хотелось посмотреть Орлову в глаза и спросить…
Что, кстати, спросить?
Почему подставил?
Севка сел на кровати.
Это не вопрос, это так – ерунда. Комиссар… Евгений Афанасьевич. Евгений Афанасьевич взглянул на все по-другому. И, нужно отдать ему должное, очень профессионально взглянул.
Карта. Отметки на карте. Если он записывал все, что с ним происходило, то как вышло, что эшелон рванул в обозначенное время? Вот бы выяснить, отчего произошел взрыв.
Ладно, если Орлов действительно был немецким агентом, то какого черта он все это провернул? Если он случайно наткнулся на Севку, расколол его, опознал как гостя из будущего, то почему просто так отдал его русским? Да еще и карту передал.
И записку.
И еще…
Так.
– Так! – громко сказал Севка.
А ведь странности начались вовсе не с момента появления записки и карты. Евгений Афанасьевич отреагировал на имя и фамилию старшего лейтенанта. С ходу отреагировал и очень остро. Как он там спросил? Сказал, что Орлову больше сорока? Как-то так. Потом сказал что-то вроде – возможны совпадения. Точно.
Только…
Севка встал с кровати, прошелся по комнате.
Только, только, только…
Он не об этом сказал – совпадение. Он посмотрел Севке в лицо и сказал…"
"…Свет проникает в блиндаж через небольшое отверстие в стене. Через амбразуру. Севка не видит лица неизвестного начальника, встающего из-за стола. Только черный силуэт. Силуэт приближается… «Значит, так выглядит наш герой», – говорит силуэт и замолкает. На секунду, на полсекунды, но пресекается его дыхание, будто что-то неожиданное увидел этот самый силуэт, вырезанный из черноты.
«Черт, бывает же такое…» – говорит силуэт и требует, чтобы Севка повернулся к свету. И снова: «Бывает же такое!» И он не реагирует на фамилию «Орлов» – распространенная фамилия, ясное дело. Только потом, когда старший сержант Малышев принес записку, вот тогда комиссар вздернулся по-настоящему и послал Никиту, чтобы тот задержал… нет, вырубил старшего лейтенанта.
Такие дела, Севка.
