– Пошел ты, пидор, – как можно более выразительно сказал Севка. – Чмо болотное."
"– Вот так вот? – удивился комиссар, взглянув наконец на Севку. – То есть вы все шесть дней прикидывались? Мне докладывают, что вы сломались, потекли, я сам вижу, что еще день-два, и вас можно будет разливать по бутылкам, а вы вдруг… Честно скажите – вы с самого начала все рассчитали?
Севка посмотрел на свои руки – запястья он все-таки ободрал, повиснув на веревке. Вон, сукровица сочится.
– Я вам задал вопрос, – напомнил комиссар мягко.
– И даже предложил сесть…
– А тебе, тварь комиссарская, не сказали, что я обоссался? – спросил Севка. – Стульчика не жалко? Вон у тебя какие – с бархатом. Не жалко?
Комиссар улыбнулся.
– Вы очень занятный экземпляр, Всеволод Александрович. Очень.
– Это почему?
– Вы так жестко со мной беседуете, так резко выражаетесь, как человек, которому нечего терять…
– А что, есть чего? – ухмыльнулся Севка.
– Наверное, нет, – пожал плечами комиссар. – Но тогда отчего вы вдруг решили беречь мою мебель? Такой, знаете ли, диссонанс… Несостыковка в психологии.
Севка посмотрел на стул, сделал неуверенный шаг к нему.
– Нет-нет, – торопливо проговорил комиссар и поднял ладонь. – Теперь уже не нужно. Вы правы. Вы совершенно правы – не нужно портить мебель. Вы сейчас пойдете, примете душ, переоденетесь… А потом мы с вами поужинаем и поболтаем. Нам ведь есть о чем поговорить?
Севка набрал воздуха в грудь, честно собираясь выложить комиссару все, что накопилось за неделю, но промолчал. В конце концов, его пока не бьют и даже не угрожают.
Ему предложили помыться и пожрать – зачем же он будет вести себя как партизан на допросе в гестапо?
Теперь Севку сопровождал его ровесник в форме и с двумя кубиками в петлицах. Оружия у лейтенанта не было, но даже так он не выглядел безоружным. Севка мельком глянул на его руки и вздохнул.
– Сюда, пожалуйста, – сказал лейтенант, указав рукой на дверь. – Купайтесь, там есть полотенце, мыло. Одежду вам скоро принесут. Только, пожалуйста, не закрывайте дверь на засов.
– А то что?
– В общем, ничего. Но одежду вам как-то занести будет нужно?
– Резонно, – кивнул Севка. – А тебя, кажется, зовут Никита?
Лейтенант не ответил.
– Ну и черт с тобой, – заявил Севка и вошел в ванную.
Комната была здоровенная, и чугунная ванна посреди комнаты была огромной, и зеркало над умывальником было в рост человека.
Севка посмотрел на свое отражение, и отражение ему не понравилось. Он похудел. Вокруг глаз – черные круги.
