Вот бедняжка, оставшись без крова над головой (потому что кто возьмет собаку с отвратительной привычкой жрать все, что в состоянии разжевать ее крохотные, но очень острые зубки), бродит по ночному городу. Вот на нее нападают чужие злые собаки и оставляют ее истерзанной умирать на мостовой. А потом черноусый шашлычник поднимает упитанную собачку и, радостно цокая языком и взвешивая свою находку в руке, гортанно говорит:
— Вах! Какой знатный шашлык получится из эта собака! Во рту таять будет!
Эти мысли заставили Юльку вернуться к присущей ей практичности.
— Мариша, так как с Никой? — решительно повернулась она к Марише.
Та как раз пыталась справиться с очередным куском мяса и едва не умерла, подавившись им.
— К-ха! К-ха-ха!
Только этот кашель и слышался в течение добрых пяти минут.
— А что такое? — спросила Мариша, наконец перестав кашлять и выпив целый стакан сока. — Что с ней?
— Ты ее возьмешь себе, если меня все же арестуют?
— Да с чего тебя арестуют? — возмутилась Мариша, чувствуя, что дело поимки убийцы Володи становится для нее все более и более актуальным.
— Но если?
— Не выдумывай!
— Нет, ты мне пообещай, что позаботишься о Нике!
— У тебя есть более близкие наследники!
— Кто? — искренне удивилась Юлька и даже замолчала на время.
— Муж, — произнесла Мариша.
— Бывший! — отмахнулась Юлька. — Он не в счет.
— Родители!
— Мама ни за что в жизни не согласится взять к себе Нику, — сказала Юлька.
— Она ее только летом берет. А в городскую квартиру нет. У нее же мебель.
Мариша даже покраснела от злости. Была она в квартире чрезвычайно аккуратной, но, увы, очень прижимистой Юлькиной мамы. И видела она там эту мебель. Сплошное ДСП, в лучшем случае прикрытое шпоном ясеня или бука. Что там беречь! Однако про маменькину мебель из ДСП Юлька тревожилась, а вот о ее итальянской гостиной из натуральной итальянской же вишни и думать забыла!
— У меня тоже мебель! — скрипнув зубами, сказала она Юльке.
— Но я, так и быть, возьму к себе твою Нику. Но ты пообещай, что если со мной что-то случится, то ты возьмешь к себе Смайла!
— Что? — удивилась Юлька. — Зачем мне твой муж?
— А зачем мне твоя собака? — парировала Мариша.
Некоторое время подруги молчали, обдумывая каждая свои мысли.
— Ладно, — наконец согласилась Юлька. — Думаю, я сумею уговорить маму, чтобы она взяла к себе на время твоего Смайла.
