Имеются косвенные свидетельства, что смерть ее была насильственной. Намекал на это и лейб-медик императрицы с 1808 г. Конрад фон Штофреген, прямо говорила об этом и камер-фрейлина княжна Варвара Михайловна Волконская, сопровождавшая Елизавету Алексеевну в Таганрог и обратно. В ночь смерти императрицы фрейлина страдала бессонницей. Перед рассветом она увидела, как двое неизвестных вынесли из спальни Елизаветы чье-то тело. Волконская тайком последовала за шествием и поняла, что несут бесчувственную императрицу, которую бросили в пруд.
Фрейлина подняла крики, прибежали слуги, достали несчастную жертву со дна, но было уже поздно. Подтверждения или опровержения этот рассказ не имеет, а фрейлину признали безумной.
Мария Федоровна появилась в Белёве через несколько часов после кончины Елизаветы, с собою она привезла заранее подготовленный погребальный наряд для снохи. Войдя в комнату, где лежала покойница, Мария Федоровна собственноручно обыскала помещение и труп, содрала с Елизаветы все фамильные драгоценности, допросила фрейлин и обслугу и тотчас уехала.
Свекровь искала дневник Елизаветы Алексеевны, который та ежедневно вела, начиная с 1792 г.! В нем наверняка содержался опасный компромат на всю династию Романовых, но прежде всего на Николая I и Марию Федоровну. Фрейлины показали, что незадолго до смерти Елизавета передала фрейлине Юлии Даниловне Тиссен ларец из черного дерева и просила в случае ее смерти немедля отвезти его в Петербург и передать верному человеку. Полагают, что адресатом императрицы был историк Николай Михайлович Карамзин.
Мария Федоровна сломя голову пустилась в погоню. Тиссен была перехвачена у заставы столицы. Ларец у нее изъяли и отвезли к Марии Федоровне. Императрица-мать немедля закрылась с Николаем в зале, где жарко пылал камин. Там Мария Федоровна прочитала и просмотрела каждую бумагу из ларца. По мере прочтения она передавала листки Николаю, а император бросал их в огонь.
Н.М. Карамзин, которому Елизавета Алексеевна давала читать часть своего дневника, скончался через две недели после императрицы, почти сразу за тем, как черный ларец оказался в руках Марии Федоровны.
Умер он 22 мая по причине осложнений от простуды, полученной им 14 декабря 1825 г. на Сенатской площади.
22 июня 1826 г. прах Елизаветы Алексеевны торжественно похоронили в усыпальнице Петропавловского собора. Через несколько дней после похорон начался суд над декабристами, затем последовала казнь пяти осужденных.
Как видим, все умерли очень своевременно.
