И Монс начал воровать, благо царица считать не умела и была весьма расточительной особой. Наконец, молодой красавец стал ее любовником и достиг такой степени влияния на Екатерину, что перед ним начал заискивать даже светлейший князь Меншиков.
В мае 1724 г. в Москве состоялась торжественная коронация Екатерины Алексеевны в императрицы. Монса произвели в камергеры… А через 20 дней в Тайную канцелярию поступил донос от некоего Михея Ершова, в котором сообщалось, что камер-лакей уже несколько лет является любовником императрицы.
Поначалу донос скрыли от Петра I, он попал в руки самодержца только в начале ноября.
8 ноября 1724 г. Виллим Монс был арестован начальником Тайной канцелярии графом Андреем Ивановичем Ушаковым. Тем же вечером император лично допросил изменника в доме Ушакова. В ходе следствия выяснилось, что Монс получал солидные взятки за то, что императрица хлопотала перед мужем за провинившихся вельмож. Выяснилось, что практически все «птенцы гнезда Петрова» были в курсе амурных похождений Екатерины Алексеевны, но императора держали о том в неведении и пользовались этим в корыстных целях.
Через неделю Монса публично обезглавили, причем обвинили лишь в воровстве. Голову его заспиртовали и по распоряжению Петра I установили на столик в опочивальне императрицы, рядом с ее кроватью. С этого дня царь отказался видеться с женой, между ним и ближним окружением пробежала черная кошка. И Екатерина Алексеевна, и Меншиков знали, что настоящая опала не за горами… Известно, что император намеревался казнить жену следом за ее любовником, но придворные все же отговорили его от столь опрометчивого шага.
Прошло два месяца после казни Монса, и 17 января 1725 г. Петр I окончательно слег. Официальная версия болезни – развившаяся в результате простуды аденома простаты. Умирал Петр в ужасных мучениях, крики его разносились по всему дворцу. С первого дня болезни жена ни на шаг не отходила от его постели. Супруги примирились. Екатерина и закрыла мужу глаза 28 января 1725 г.
Поскольку он не оставил завещания (что сомнительно), вопрос о преемнике должно было решать ближнее окружение покойного. Старая боярская знать поддерживала кандидатуру его внука, сына казненного царевича Алексея – 10 летнего Петра Алексеевича. Безродные выскочки времен Петра предпочитали императрицу Екатерину. Шел вялый спор, как вдруг во дворе раздалась барабанная дробь – там выстроились гвардейские полки под командой Меншикова и генерала Бутурлина.
