Вырвался из кошмара – в котором был Ником Римером, ожившим регрессором Геометров, дотянувшимся до меня с того света. Во сне я бросил деда и друзей, во сне я отправился на Родину – чтобы спасти ее, а не Землю.
Меня бросало в кресле, сжавшемся, безуспешно пытающемся погасить толчки. Я был в скауте Геометров.
И значит, сон был явью!
– Сволочь! – закричал я на ни в чем не повинного Римера. На бедолагу Ника, до конца исполнявшего свой долг, и в жизни, и в смерти.– Что же ты!
Скаут крутило, как щепку в водовороте.
На экранах ничего ничего не различить – огненно-черная карусель.
– Что происходит, борт-партнер? Нас атакуют. – Почему ты меня не разбудил?
Атака недействительна. Нас атакуют корабли Родины. Атака не считается.
Я даже застонал от тоски и отчаянья. Умненький компьютер Геометров вновь натянул свои шоры.
– Почему нас атакуют? Родина считает, что на борту – не-друг. Я сообщаю, что это ошибка.Вероятно, у всех атакующих кораблейповреждена аппаратура связи. Нет
причин для волнения. Атака недействительна.
Неужели и кораблик Ника Римера повторял бы то же самое, рассыпаясь под ласковыми родительскими оплеухами? Или та частичка души Ника, что перекочевала через корабль – в меня, смогла бы противостоять безумию?
– Полное слияние! – рявкнул я.
И растворился в небе.
Небо пылало.
Плыла подо мной Родина – милая, милая Родина, с правильными, четкими очертаниями материков, с затейливыми сеточками облаков, обитель добра и справедливости, дружбы и счастья. Я даже касался атмосферы – чуть-чуть, самого краешка…
А над нами, прижимая к планете, вились такие же, как я, крошечные кораблики.
Свои. Изрыгающие пламя. Среди скаутов виднелось два дружеских корабля – тороид Гибких Друзей и пятиконечная звезда Друзей Маленьких.
Со всем пылом истинной Дружбы они пытались меня убить. Ответный огонь! Атака своих кораблей невозможна!
Что это за голосок противоречит мне? Кастрированный разум корабля? Уймись, дружок, не со мной тебе спорить…
Согласно трем первым постулатам регрессорства… Согласно принципу
Благих Намерений, принципу Меньшего Зла, принципу обратимости правды… Мы
не атакуем корабли Родины, мы проводим учебные занятия, максимальноприближенные к реальности.
Начать противодействие. Или мне почудилось, или корабль повиновался прежде, чем я закончил.
Повиновался радостно и из всех своих силенок.
Первым под удар попал «бублик» Гибких Друзей. Уж не знаю, чем мы его достали – лазерным дальномером или рентген-радаром. Но ему хватило.
