– У вас не освоено?
– У нас вообще нет контроля над гравитацией,– признался я.
– А что вы тогда делаете в космосе?
– Летаем,– мрачно ответил я.
– Нет, я имею в виду чисто бытовые проблемы. Как вы ходите в туалет, например…
– Вот только не надо про это! – взмолился я.– Попробуй сам догадаться!
Кэлос явно не понял моей реакции, пришлось объяснить:
– Это вопрос, который задают все дети и некоторые взрослые…
Все-таки и я нашел, чем его уесть!
– Нас последний год гоняли на лекции в школы. Нужно больше пилотов… требуется живая пропаганда.
У меня есть заготовленные ответы – для младших школьников, для подростков…
– Не надо. Я способен понять самостоятельно.
Мы шли все дальше и дальше. Временами на стенах туннеля попадались яркие, нарядные домики, торчащие перпендикулярно дорогам. У одного из них сидел, покуривая трубку, пожилой чернокожий мужчина. Дым вился причудливой спиралью.
Нет, Кэлос, нечему мне удивляться. Подумаешь, старый инопланетный негр курит на стене.
А Маша, похоже, успела привыкнуть к станции Торговой Лиги.
Неужели это и есть ее идеальный мир? Пустые, вычурные пространства, почти не интересующиеся друг другом обитатели, общая атмосфера казачьей вольницы – это ее среда?
Впрочем, чему удивляться? Стоит вспомнить, где я сам едва не остался…
– Как будет рад твой дед,– сказала Маша.– Нет, Петр, ты не представляешь… Такой сюрприз… и тебе, кстати…
Она лукаво улыбнулась.
– Я свой сюрприз получил, когда увидел тебя с автоматом.
Маша подбросила оружие в руке:
– Это так… шоковый разрядник.
Похоже, никто Торговую Лигу не трогает, вот, даже меня отправили встречать прибывающих.
– В этом мире – не трогают,– признал Кэлос.– А есть станции, которые живут в постоянной войне с ближайшими планетами.
– Мне говорили…
Да, Маша уже глубоко прониклась жизнью Лиги. В ее голосе звучало искреннее чувство.
– Кэлос, как я понимаю, вы имеете какой-то военный опыт?
– В определенной мере,– тем же тоном, каким объяснял ребенку, что такое саркофаг, ответил Кэлос.
– Торговая Лига способна помочь Земле?
– Мы уже говорили с Петром о подобном варианте.
Нет. Лига такую политику не проводит. А миры, способные на активное вмешательство, слишком долго искать. Вашей Земле осталось жить два-три дня, как я понимаю…
Маша встала как вкопанная.
– Три дня?
– Я говорил с куалькуа,– пояснил я.
– И что?
Да, конечно. Никто из них не знает истинной сути маленькой, послушной расы.
– У него есть связь… с другими особями.
– Да ты что?
– Сильные узнали о Геометрах.
