— Ее просто не приняли в ряды ВЛКСМ! Моральный облик девицы, которая забеременела в четырнадцать лет, никак не соответствовал идеалу коммунистического воспитания!
— Похоже, у Аделаиды было довольно бурное прошлое, — согласилась я. — Может, именно в нем нужно искать разгадку насильственной смерти Ады и Димы?
Ирка, у которой явно случился приступ сообразительности, поспешно выхватила из кучи бумаг на столе ксерокопию Аделаидиного аттестата о среднем образовании."
"— Смотри на штамп: она окончила новопетровскую среднюю школу номер десять, — воскликнула подруга.
— Давай смотаемся туда, расспросим школьных учителей и выясним, что представляла собой наша мадам Титоренко в юные годы.
— С тех пор прошло больше двадцати лет, — напомнила я.
— Ничего, у бывших педагогов отличная память на проделки и проступки учеников, главное — найти подходящих пенсионеров-долгожителей. — Ирка под столом азартно перебирала ногами, словно собираясь бежать на поиски школьных аксакалов прямо сейчас. — Ты случайно не знаешь, где этот Новопетровск?
— Новопетровский, — поправила я.
— Это небольшой приморский поселок в ста двадцати километрах отсюда.
— Всего полтора часа езды! — с энтузиазмом воскликнула Ирка, срываясь с места.
Она добежала до середины просторной кухни, мимоходом глянула в окно и остановилась. Между двумя крыльями тюлевой занавески в темном небе висела кривая улыбка убывающей луны.
— Вот именно, — веско сказала я, проследив направление ее взгляда. — Мы же не отправимся в путь прямо сейчас, среди ночи? Давай дождемся утра.
Во-первых, нужно сочинить предлог, под которым мы сможем сбежать на поиски приключений. Во-вторых, надо предупредить Коляна и Моржика, что они остаются за нянек и на хозяйстве. Да и пенсионеры, как правило, по ночам спят, так что разговорчивую старушку-учительницу проще будет найти при свете дня!
На том мы и порешили, после чего допили кофе и разошлись по спальням.
Воскресенье
— Я вызвала сантехника, — громогласно объявила я за завтраком, кое-как прикончив один из сооруженных Иркой гигантских сандвичей.
Подружка умудрилась затолкать в каждую бутербродную булку здоровенный ломоть ветчины, кусок сыра толщиной со спичечный коробок, пригоршню всяческой зелени, по ложке кетчупа и майонеза, после чего разрезанная вдоль булочка решительно не желала закрываться и походила на книжку, между страницами которой в качестве закладки сунули что-то совершенно неподходящее для этой цели. Например, консервную банку.
Есть было вкусно, но очень неудобно.
