Я сама найду маму. Узнаю, в какой она больнице. Расскажу Андрею — может, он поможет. Но для начала нужно выбраться из этой клетки.
— Ну, пойдем, — схватив меня за волосы, тянет на выход. Потом тащит в ванную. Там нет окон, но, может, будет что-то тяжёлое?! — Без игр, Вероника.
Заталкивает и закрывает дверь. Оглядываюсь по сторонам. Чёрт! Тут, кроме маленьких бутылок, ничего нет, и швабра. Швабра! Но мне нужно будет ударить его так, чтобы он отключился. Чёрт! Но я же не Шварценеггер!
Я тяну время. Знаю, терпение отчима лопнет — и он ворвётся в ванную.
Стою со шваброй в руках, жду его. Уверена, он зайдет в такой неожиданный момент, что у меня ничего не получится. Успокаивает лишь то, что он пьян.
— Сучка, твою мать! Выходи уже! Я уезжаю! — орет он, распахивая дверь.
Я бью раз за разом, замечая, как он падает на колени. На белоснежный кафель падают капли крови, а мне, честно говоря, плевать. Потому что он до смерти меня сегодня оттрахает, как обещал, и лучше уж я сяду за решетку, чем буду лежать под ним!
Я выбегаю из ванной, спускаюсь по лестнице, чувствуя, как колотится сердце.
Покидаю дом, слыша за спиной крики отчима. Бегу с бешеной скоростью, желая скорее оказаться как можно дальше от этого дурдома.
Успокаиваюсь лишь тогда, когда окончательно убегаю от особняка отчима. Захожу в первый встречный магазин мобильных устройств.
— Простите, у вас есть зарядка для этого мобильника, — говорю, тяжело дыша, задыхаясь.
Воздуха не хватает, будто его окончательно выбили из лёгких. Показываю свой телефон.
— Да, конечно, — парень слегка улыбается, потом смотрит мне за спину. Я тоже оборачиваюсь, трясусь от страха. Неужели отчим там? Но нет. Никого.
— У меня мама в больнице, — зачем-то признаюсь, всматриваясь в глаза парня умоляющим взглядом. — Пожалуйста, можно воспользоваться зарядкой? Или же вашим телефоном? Хотя вы дайте мне свой, а мой поставьте...
— Да не волнуйтесь вы. Я вас понял. Держите.
Парень протягивает мне свой, а мой телефон отнимает. Я выхожу наружу, чувствуя на себе пристальный взгляд.
Дрожащими пальцами набираю номер Андрея, но он не отвечает. Потом Дану — результат тот же. Звучат длинные гудки, но никто не берёт трубку. Затем пишу сообщение подруге, мол, это я. Звоню снова.
— Да, — взволнованный голос Даны доносится издалека. — Ник, ты где? Тут такое происходит...
— Где Андрей? Почему не отвечает?
Тишина. Подруга молчит, а у меня сердце в горле стучит.
— Ник, тебе лучше не появляться здесь, — не верю в услышанное.
