— А твоё отношение к огненному монстру на меня не повлияет? А то знаешь, мне бы не хотелось, чтобы получилось как тогда, с самогонкой…»
История с самогонкой до сих пор внушает ужас. Путешествуя по Ремвиду, мы с Косарем и Креатином нарвались на банду лесных «разбойников». Проблема разрешилась миром, от нас даже попытались откупиться, но… среди подарков была бутыль. Вообще, я пью только по праздникам, но увидав бутыль — как с цепи сорвалась. До последнего верила — это реакция на стресс, а желание выпить — моё собственное желание.
Но Верез сознался, что желание принадлежало ему…
«Настя, за кого ты меня принимаешь?» — обиженно фыркнул маг.
Я пожала плечами, чем тут же вызвала вопрос:
— Что-то не так?
Голос Эрика… ох, чёрт.
Исподволь взглянула на принца и поняла, что именно изменилось — он напоминал человека, который смирился с неизлечимой болезнью. Нет, он не был унылым, просто… перестал беситься, и принял реальность такой, какая она есть. Без прикрас.
Я покраснела прежде, чем поняла, что стыжусь не только самонадеянного вывода, но и мысли о том, что Эрик… Боже, меня держит за руку мужчина, который изнывает от сексуального желания.
Что может быть ужасней? Только осознание, что причина его проблемы — я.
— Настя, о чём ты думаешь? — тихо позвал наследник.
Покраснела ещё гуще и вперила взгляд в землю. С ужасом поняла — я искренне сочувствую огненному монстру. Нет, мне действительно жаль. Даже не так — мне настолько жаль, что где-то глубоко внутри тоже просыпается желание… желание помочь, облегчить страдания несчастного.
«Мда…» — задумчиво протянул Верез.
Так и не дождавшись ответа, Эрик повёл обратно.
В этот раз, в карету сели вместе. Почему огненный монстр променял седло на общество неприметной колдуньи, я, конечно, понимала, и чувства испытывала довольно противоречивые. С одной стороны, ситуация льстила и будила любопытство — интересно, как Эрик будет отыгрывать роль «хорошего принца». С другой… мерзко всё это. Так мерзко, что непрошенная жалость медленно, но решительно дохла. Да ещё этот полумрак…
Карета тронулась.
Спустя несколько секунд, по глазам ударил яркий свет. Показалось, душа отделяется от тела, а само тело распадается на атомы. Ещё мгновенье и всё пришло в норму. Вернее, почти в норму: теперь глаза слепил не свет, а мрак, в ушах стоял жуткий шум. Я не сразу сообразила, что это звук ливня, бьющего о каменистую землю.
— Мы в предгорье, — сообщил Эрик.
Снаружи раздался вопль негодования — отряд сопровождения тоже прошел через портал.
