Правильнее сказать: равнодушие. Мне было просто все равно. И тогда. И потом. Меня даже никогда не интересовало – поправилась ты или умерла. Я вообще заставила себя забыть, что у меня когда-то был ребенок. И других детей я тоже не хотела. Меня Макар рожать уговорил. Вбил себе в голову, что ему обязательно нужен наследник.
– Да и не надо было вам рожать, – горько усмехнулась Мария. – Получилось бы куда честнее.
– Может, ты и права, – легко согласилась Кривцова. – Но я ждала – а вдруг когда-нибудь я все-таки окажусь способна на материнские чувства, замирание сердца, восторг, что ребенок – плоть от моей плоти… Не дождалась.
Есть женщины, что созданы для материнства. А есть такие, что нет. Это факт, и придется его признать. Признать – нам обеим.
– Что ж. По крайней мере, вы честны, – вздохнула Мария.
Елена Анатольевна задумчиво взглянула на нее и продолжала:
– Хотя вот смотреть на тебя мне приятно, не скрою. Ты красива. Спортивна. Умна. Даже жаль, что не я тебя такой вырастила…
– Зато никаких бессонных ночей, никаких детских болячек и подростковых безумств, – в тон ей произнесла Мария.
– Готовый и успешный ребенок, очень удобно.
И твердо добавила:
– Я на самом деле очень рада… что моей подлинной матерью оказались не вы.
– А зачем тебе вообще было нужно меня искать?.. – с любопытством произнесла Кривцова.
– Сначала, как и все дети, я думала, что мама обрадуется, когда узнает, что я жива… Потом выяснила, кто вы и какое положение занимаете, и поняла, что давно вы о том ребенке забыли… И мне просто любопытно стало: какая она, моя родная мама? Безупречная, как в журналах, по телику?.
. Или – обычная женщина?.. Ну, и понять, конечно, хотелось, почему вы меня бросили…
– Если бы я знала, что ты здорова, я бы не оставила тебя никогда, – твердо заявила Елена Анатольевна.
– Да нет, наоборот, спасибо вам – что оставили, – грустно усмехнулась Маша. – Меня удочерили замечательные люди. И я хотя бы узнала, как это здорово, когда тебя любят. А не спихивают на нянек, как Лизу…
– Ты тоже умеешь быть безжалостной, – спокойно констатировала Кривцова.
Мария печально улыбнулась в ответ:
– Ваша кровь.
И задумчиво произнесла:
– Мне только что позвонила подруга. Она ведет светскую хронику. И сказала, что Макар погиб. Взорвался на своей яхте. Это правда?
– Я что-то об этом слышала, – усмехнулась Елена Анатольевна. И равнодушно добавила: – Но подробностей не знаю.
– А я ведь вчера вместе с ним на «Царевне» была, – небрежно молвила Маша.
– Что?.. – Кривцова побледнела.
