Лояльный к своим преданным вассалам – и безжалостный к тем, кто ему неугоден.
И разрозненные кусочки мозаики, подобранные случайно, без всякой системы, сами собою собирались в логичную, стройную картину.
Она теперь точно знала, кто убил и няню Анастасию, и охранника Костю.
Но единственная беда: никаких доказательств у нее не было.
* * *Маша пришла домой в одиннадцать вечера.
Родители ложились спать. Она заглянула в их комнату, улыбнулась, расцеловала, протараторила:
– Мам, пап, я вернулась! Все нормально, только устала дико.
Пойду лягу. Завтра поговорим, ладно?..
С удовольствием плюхнулась в собственную постель, забилась под одеяло. И почти мгновенно провалилась в сон.
А проснулась от того, что дико болело горло. В голове – словно молоточки стучат. И по телу пробегает то волна жара, то ледяной холод.
Маша с трудом приподнялась в кровати. Блин, этого и следовало ожидать. Сначала на яхте промерзла, потом, после тренировки и душа, распаренная бродила по городу. Вот и догулялась.
Температура явно за тридцать восемь. Прямо скажем: некстати.
И еще пить очень хочется, а идти на кухню за водой нет сил.
Всегда с вечера оставляла на тумбочке бутылку с минералкой, но вчера, конечно, забыла."
"Однако питье у кровати оказалось – целый термос. И апельсин, заботливо нарезанный на дольки и укрытый целлофаном. И аспирин… А еще мамина записка:
Машенька! Я утром заглянула к тебе и поняла, что ты заболела. В термосе чай с лимоном и медом, на тумбочке градусник и телефон.
Сразу, как проснешься, обязательно измерь температуру и вызови врача. Целую, мама.
Маша благодарно улыбнулась. Открыла термос, пока чай остывал, жадно набросилась на прохладный, освежающий апельсин. Какого ж черта она все это затеяла?! Зачем ей вообще было нужно искать биологическую мать? Причинять боль пусть приемным, но таким замечательным родителям?! Ведь только они ее и любят. По-настоящему любят…
Мысли путались – у нее действительно был жар.
Маша отхлебнула чая, устало откинулась на подушки.
И в этот миг зазвонил телефон. Родители, кто-то из них. Волнуются. Хотят спросить, как она себя чувствует.
– Да… – прохрипела в трубку Маша.
Но, вместо маминого родного, услышала веселый голос подружки. Миленка. Ох, до чего же некстати…
– Машка, ты дома?! Ну, наконец-то! А то мобильник у тебя не отвечает, я совсем с ума схожу!..
– Милен, извини, – пробормотала Мария. – Я заболела, говорить вообще не могу, горло дерет.
