— И зачем же ты пришел, Денис? Раз ни о чем не хочешь думать.
— Из-за Сергея. Я после развода хочу забрать его себе.
— Исключено. Мой внук останется с матерью.
— С матерью? А он ей нужен?
— Глупые вопросы. Конечно, нужен.
В голосе такая стальная уверенность, что я понимаю — он не в курсе того, как весело мы живем. Даже не догадывается. Видать, Таня, так усердно изображала, что у нас все супер, что наша семейная жизнь — это просто праздник, что ее папаша поверил. Да, если честно, не сильно-то он нами и интересовался.
Пристроил дочку, дал ей того мужа, которого она требовала, истерично топая ногами, и на этом посчитал, что долг выполнен.
— А я вот не уверен. Она им не занимается, не забирает из сада, да даже просто обнять по-человечески не может. И, чтобы вы знали, когда она подавала на развод, то сама сказала, чтобы я сына забирал, потому что он мешает ей нормально жить.
— Бред.
— Бред? А вы зайдите на ее странички, посмотрите сколько там фотографий из клубов, салонов и ресторанов.
А сколько всякой еды, ногтей и котиков? Тьма! И каждый день новые. А сколько с ребенком? Ноль! Словно его не существует.
Этого он отрицать не может, поэтому хмурится. Его дорогая доченька всегда любила развлечения, вечеринки и шумные компании.
— Вчера Таня пришла ко мне и заявила, что заберёт его, потому что хочет алименты.
— Боишься, что обдерет тебя как липку?
— Мне плевать. Я готов заплатить сколько потребуется, лишь бы она не трепала нервы ребенку. Она вчера забрала его из сала, не предупредив меня…
— Ты же сказал, что она его не забирает.
Сам себе противоречишь.
Я скриплю зубами, но терпеливо продолжаю:
— Забрала его. Отвезла какой-то чужой тетке, которую нашла по объявлению, а сама уехала на день рождения к подружке.
Он слушает меня, ничем не выдавая своих эмоций, только глаза хищно прищуриваются.
— Я хотел его забрать, но она отказалась говорить, где он. То есть Сергей неизвестно где и непонятно с кем. Я звонил Таньке вчера, ночью, утром.
В ответ — тишина.
— Может, она его уже забрала.
— Да ей насрать! — вскакиваю на ноги и начинаю мерить шагами кабинет. — Ей на все насрать!
— Уверен, этому есть объяснение.
Объяснение одно — Танька сука, каких свет не видывал, и пойдет на все, лишь бы мне досадить. Только ее папаша вряд ли услышит мои слова. Он уверен, что мне повезло, что я должен просто от радости скакать, потому что его доченька обратила на меня внимание. Зубы сводит злости.
