Шато ле Блан стоял на вершине утеса у самого моря. Фамилия нашего рода означала «белый», и замок, верный своему имени, был построен из белого камня, сверкавшего в лунном свете подобно маяку. Я с тоской смотрела на него, на тонкие конические башни, уходившие ввысь к звездам. Там, в самой высокой западной башенке с видом на каменистый пляж, находилась моя детская комната. К горлу подкатил ком.
Повозка покатилась к сторожке у ворот, и я опустила взгляд. На древних створках была высечена родовая печать ле Бланов – трехглазая ворона.
Один глаз за Деву, один за Мать, один за Старуху.
Я всегда ненавидела эту мерзкую старую птицу.
Ворота с осязаемой бесповоротностью закрылись за нами, и по моим венам пополз ужас. На снежном дворе было тихо, но я знала, что ведьмы рядом. Чувствовала их взгляды – пристальные, оценивающие. Казалось, даже воздух подрагивает от их присутствия.
– Манон до самого Модранита будет сопровождать тебя днем и ночью. Если же тебе вздумается сбежать… – взгляд Морганы был холоден и жесток, – я разделаю твоего охотника и скормлю тебе его сердце.
Ты все поняла?
От страха хлесткий ответ так и застыл у меня на языке.
Моргана кивнула, приторно улыбаясь.
– Твое молчание – золото, дорогая. Я очень ценю его в наших беседах. – Она отвернулась, посмотрела куда-то в сторону и что-то крикнула. Уже через несколько секунд рядом возникли две сгорбленные женщины, которых я смутно узнала. Мои старые няньки.
– Прошу вас, проводите Луизу в комнату и помогите Манон исцелить ее раны.
Они обе бодро закивали. Одна шагнула вперед и взяла мое лицо в сморщенные ладони.
– Наконец вы вернулись, maitresse[23]. Мы так долго вас ждали.
– Осталось лишь три дня, – пропела вторая и поцеловала мне руку. – А после вы отправитесь к Богине на Землю вечного лета.
– Три? – Я встревоженно посмотрела на Моргану.
– Да, дорогая. Три. Уже скоро ты исполнишь свое предназначение. И наши сестры вечно будут пировать и танцевать в твою честь.
Предназначение. Честь.
Все эти слова звучали так красиво, будто мне вручали роскошный подарок, повязанный блестящей красной лентой.
Я истерически засмеялась. Ну, хоть кровь будет красная, и на том спасибо.
Одна из нянек озабоченно посмотрела на меня.
– Госпожа, с вами все хорошо?"
"Мне как раз хватало способности к самоосознанию, чтобы понимать – со мной определенно не все хорошо.
Три дня. Вот и все, что мне осталось. Я расхохоталась еще пуще.
– Луиза. – Моргана щелкнула пальцами у меня перед носом.
