Возможно, дело в том, что Ульрих — герцог, и он дорожит своей репутацией. То есть, без причины он помолвку не разорвёт, а на вечере я нужна ему только потому что это что-то официальное.
Может, мне надо вовремя заболеть и не пойти? Неплохой план, главное, чтобы жених опять целителя не прислал.
— Давай не сегодня, — говорю я, на что получаю красноречивый взгляд.
Хорошо, спорить не буду. Да и платье может мне потом пригодиться, даже если на вечер не пойду.
Встаю, снова поймав головокружение, но на этот раз полегче.
Ульрих не замечает заминки и ведёт меня на выход из библиотеки, а потом и из академии.
Стараюсь не сильно вертеть головой, чтобы не выдать себя. За воротами академии находится небольшая площадь, постоялый двор, бар и ещё несколько зданий без вывески. Всё для новоприбывших, и всё выглядит прилично, а не как в фильмах про средневековье.
Ульрих ведёт меня не к зданиям, а в центр площади, где расположены несколько странных скульптур. Просто почти правильные многогранники на пьедестале.
Концептуально, как я сказала бы, если бы речь шла о нашем мире, но здесь они стоят не для украшения. Я вовремя вспоминаю, что это камни перемещения.
Ульрих кладёт руку на один из камней и ждёт меня. Повторяю его жест, вспоминая, нужно ли мне что-то ещё делать, или нет. Виллард произносит несколько слов, камень светится, а окружение смазывается, будто меня раскрутили на карусели.
Через миг мы стоим в нише возле оживлённой улицы со множеством магазинчиков. На меня обрушивается шум голосов и цоканье каблуков, скрип проезжающих повозок.
Темнеет, и на улице загораются фонарики, похоже, магические. Всё так непривычно и интересно, что я замираю, благо хоть рот не открываю при этом.
— Сначала в салон мадам Мартин? — спрашивает Ульрих.
— Хорошо, — соглашаюсь я, гипнотизируя взглядом пекарню.
Я не помню, когда в последний раз ела, кажется, пропустила обед. Но сначала дела.
Салоном оказывается магазин-ателье, где висят платья, но каждое из них уникально, и его подгоняют под тебя.
Понятия не имею, кто такая мадам Мартин, но она меня знает. Встречает напряжённо, изображая радость и бурную деятельность. Она начинает предлагать платья, а я просто соглашаюсь померять всё, игнорируя изучающий взгляд Ульриха.
По смутным воспоминаниям Ирмы я догадываюсь, какая тут мода, но всё равно боюсь ошибиться, поэтому слежу за реакцией Ульриха. А он стоит с каменным лицом, и по нему совсем ничего не понятно.
