– И Марта. – Она посмотрела на мирно лежащих в колыбели младенцев. – Люсинда, Руби и Марта.
Но всегда, всегда Люсинда.
Глава XIII
Вороны над Мёртвым лесом
Над Мёртвым лесом кружили вороны, заслоняли солнце, словно зловещие грозовые облака. Их карканье и пронзительные скрипучие крики были какими-то потусторонними, пугающими.
Белоснежка и ведьмы отложили вырванные из сборника волшебных сказок страницы, подбежали к большим окнам утренней гостиной и прижались к ним, наблюдая за чёрными птицами, которые кружили всё ближе и ближе.
– Кто их послал? – ахнула Белоснежка.
Этого Цирцея не знала. Вороны казались ей смутно знакомыми, но откуда и чьи они, понять Цирцея не могла. Ей было странно, очень странно, что она ничего не может почувствовать, прислушиваясь к этим мрачным созданиям. Казалось, в этих птицах нет жизни. То есть совершенно нет.
– Они не живые, Цирцея. Это мёртвые твари, которых послали твои матери.
– Ты в этом уверена, Хейзел? – откликнулась Цирцея, чувствуя, что её сердце начинает биться с перебоями.
– Вот уж не знала, что мои матери держат у себя на службе воронов или умеют командовать мёртвыми!
Примроуз, прищурившись, разглядывала птиц, словно пытаясь понять или почувствовать что-то, оставшееся неуловимым для Цирцеи.
– Это птицы Малефисенты, – сказала она наконец. – Но послали их на самом деле злые сёстры.
Было в этих словах нечто пугающее, грозное для Цирцеи.
– Так мои матери, стало быть, мертвы? – спросила она. – Или они послали сюда Малефисенту, чтобы уничтожить нас?
– Нет, они не мертвы, но командуют мёртвыми – так же, как командовали ими до этого их мать и бабушка.
И они направляются сюда, чтобы забрать то, что, по их мнению, принадлежит им по закону, – сказала Хейзел."
"– Что она хочет этим сказать, Цирцея? Твои матери идут сюда? – запаниковала Белоснежка.
Цирцея не понимала, откуда ведьмам так много известно, однако она верила им. Сама не знала почему, но верила.
– Я должна увести отсюда Снежку, – сказала она, глядя на ведьм.
– Мне очень жаль, но мои матери давно стремятся совершить вендетту, кровную месть по отношению к Белоснежке, поэтому она окажется в большой опасности, если останется здесь. Мы должны уходить! – Цирцея взяла Снежку за руку и готова была сорваться с места. Ей была ненавистна мысль о том, что она оставляет Якоба, Примроуз и Хейзел одних против злых сестёр, но Цирцея понимала, что совершила большую ошибку, приведя сюда Белоснежку, и теперь хотела исправить её.
