Они станут тремя самыми могущественными ведьмами, каких когда-либо видел этот мир. – Нестис поспешно нацарапала на пергаменте несколько слов и позвонила в маленький колокольчик, висевший у неё над каминной полкой.
– Но она и так уже самая могущественная на свете ведьма! Прошу тебя, мама, не делай этого! – Мысль о том, что её дочь разделят, приводила Мани в ужас. Возможно, дело было в самом слове «разделить». Оно казалось Мани очень опасным, грубым, жестоким.
«Нет, я не допущу, не позволю», – думала она, лихорадочно подыскивая аргументы, чтобы умолять свою мать не делать этого, но в это время в комнату уже вошёл один из скелетов, которые заменяли Нестис слуг.
– Вот, возьми это и немедленно приведи его ко мне, – сказала ему Нестис, а затем, отпустив скелет, вновь переключила внимание на свою дочь. Мани очень хотелось узнать, что означали сказанные слуге слова матери, но она боялась спросить её об этом. – Их правление станет легендарным, разве ты сама этого не понимаешь? Они не будут нуждаться в преемницах.
Мы можем придать им свой облик, научить их нашим традициям и нашей магии, а когда нам с тобой придёт время раствориться в туманах Вечности, мы будем знать, что наша земля после нас останется под крепкой защитой. В них будет жить наша магия, ничего не оставляя на волю случая.
– Мама, я умоляю тебя. Не делай этого с моей дочерью!
– Верь мне, моя дорогая. Твоей малютке ничто не угрожает, я обещаю. Никакого вреда ей не будет. И подумай, насколько счастливее станешь ты сама, когда у тебя будет сразу три дочери, которых можно любить и баловать.
Подумай, какое почётное место займём после этого мы с тобой среди богов и наших предков. Как только сёстры появятся на свет, нигде в мире не останется ничего, не подвластного нам.
– Мама! Ты хочешь сказать, что желаешь расширить наше царство за границы Мёртвого леса? Но его границы не покидала ещё ни одна ведьма, а живые за это отдают нам своих мертвецов. И так было заведено с самого начала времён, – прошептала Мани, потрясённая тем, что задумала её мать.
– Не надо учить меня нашей истории, дочка! Этот вопрос я уже обсуждала с нашими предками и получила от них разрешение перейти через границу, если нам удастся создать тройню.
– Но это же безумие, мама! Это идёт вразрез со всей нашей историей, со всем, чему нас учили. Я не верю, что предки могли согласиться на это.
– Ты что, смеешь не верить мне? – Ещё никогда Мани не видела свою мать такой разгневанной.
