Всем: «Защищать караван». Купцам: «Держаться вместе и уходить в море». Возвращайтесь на свои места, и храни вас Создатель. Горнисты, «Дриксен верит своим морякам».
Пели горны, скрипели снасти, быстро стучали сапоги, бешено колотилось сердце, не от страха, от ожидания!
– Такие дела, Адольф, – неожиданно тихо сказал Кальдмеер, глядя на бьющегося на ветру лебедя, и подтянул узел на шейном платке, словно душу застегнул. – Выходи из линии и ставь все паруса. Я не могу во время боя болтаться в хвосте. До схождения больше получаса, мы успеем выйти хотя бы в середину.
Глава 6
Хексбергский залив
399 года К.С. 15-й день Осенних Молний
1– Что все это значит? – сварливо осведомился фок Хохвенде, уставив длинный палец в сторону разворачивающегося флота.
Что все это значило, Руппи не понимал, но признаваться в этом долговязому зануде, по милости которого приходится болтаться в хвосте, лейтенант не мог.
– Флот произвел маневр, именуемый «Поворот все вдруг», – деревянным адъютантским голосом оттарабанил Руперт, – после чего начал движение в крутой бейдевинд.
Прием сработал. Хохвенде был из тех, кому проще наложить в штаны, чем признаться, что они чего-то не понимают. Генерал Грубер вряд ли скажет «спасибо» за такой подарочек, но во время высадки командующий должен находиться с солдатами, даже если его дело – носить шляпу и зажимать нос платочком.
– Благодарю вас, граф, – Амадеус расправил блестящий кожаный плащ и ласково улыбнулся, давая понять, что говорит не с младшим офицером, а с добрым знакомым.
– Я рад, что меня сопровождаете именно вы. На Западном флоте не столь много достойных. Что поделать, рыба портится с головы.
Будь на месте Руперта Зепп, он бы или онемел, или вспылил, но граф Хохвенде никогда не заговорил бы с плебеем. Другое дело – будущий герцог фок Фельсенбург, он не просто «свой», он нужен Его Высочеству Фридриху и его сторонникам. Руперт учтивейшим образом наклонил голову:
– Сударь, господина адмирала Кальдмеера весьма ценит моя бабушка.
Она полагает, что, служа под его началом, я приобрету необходимый опыт, – что-то случилось, что-то, вынудившее Ледяного изменить планы, что?
– Когда я буду в Эйнрехте, – Хохвенде и думать забыл о маневре, его стихией была не война, а интриги, – я непременно засвидетельствую свое почтение герцогине Штарквинд и передам, что она может гордиться своим внуком.
– Мой генерал, – произнес Руппи с приличествующим случаю придыханием, – я глубоко вам признателен.
