Пусть линеалов у фрошера двенадцать, а остальное – мелочь: фрегаты и корветы, но пушки стоят и на них, нельзя забывать и о брандерах.
– Лейтенант Канмахер, – премьер-лейтенант Ойленбах в новом, с иголочки, мундире довольно улыбался, – у нас с вами сегодня будет неплохой день.
– Да, господин премьер-лейтенант, – оттарабанил Зепп. Ойленбах был отличным артиллеристом, добрым человеком и справедливым начальником, под началом которого служить было бы одно удовольствие.
– Признайтесь, Канмахер, – потребовал Ойленбах, – сегодня вы жалеете о том, что не служите на второй палубе.
– Это так, – признался Зепп, – я сейчас думал о том, что орудийные расчеты тяжелых пушек стоит усилить.
– Вы – хороший артиллерист, Йозев, – кивнул премьер-лейтенант, – я говорю это вам сегодня, перед боем. Молодые люди лучше сражаются, если они уверены в своих силах. Не так ли, молодой офицер?
– Да, господин премьер-лейтенант! – Зепп с трудом сдержал счастливую улыбку: Ойленбах не имел обыкновения хвалить зря.
– Нам скоро будет пора идти к нашим пушкам.
– На шканцах мелькнул желтый лекарский кафтан, и артиллерист заторопился к своему приятелю. – Но я говорил с капитаном. Если мне потребуются люди, вы поступите в мое распоряжение. Вы рады?
– Я счастлив поступить в ваше распоряжение, – щелкнул каблуками Йозев, и это действительно было так. Он не подведет добряка Ойленбаха, Шнееталя, Кальдмеера, кесаря.
– Что ж, до встречи.
Артиллерист исчез, Руппи не возвращался, снова отзвонили сигнальщики, по стеньгам поползли флаги – оранжевые и красные.
«Всем убавить парусов», – велел флагман, – «Каравану лечь в дрейф». «Арьергарду охранять караван».
«Ноордкроне» быстро и легко освобождалась от лишних парусов, замедляя бег. Кому-то из кордебаталии повезет принять участие в бою, не в тупой стрельбе по каменным стенам, а в настоящей морской баталии. Линия против линии, корабль против корабля, хотя, если повезет, Вальдеса можно взять и «в два огня»."
"– Проклятье, – по всем признакам Руппи был близок к убийству.
– Ты представляешь, что мне приказано! Я должен проводить эту свинью собачью к купцам и оставаться с ним, пока не будет сигнала «К высадке».
– Ох ты, – огорчился Зепп, – что же это?
– Олаф боится, что этот гроссе потекс запутается в сигналах, – шепнул приятель, – и все изгадит. Вообще-то это правильно, но почему именно я?!
Глава 4
Дорак и Ракана (б. Оллария)
399 года К.С. 15-й день Осенних Молний
1Марсель Валме был искренне рад встрече с графом Тристрамом.
