Лизка все больше и больше входила в раж: без устали меняла позы,, орудовала то с двумя, то с тремя одновременно, поворачивалась то спиной, то животом, принимала и в перед, и в зад, и куда только можно было принять. Уже пребывая в полном беспамятстве от возбуждения, Лиза даже почти и не заметила, как на смену этим четверым пришли еще трое и по новой, по новой стали трудиться над роскошной, раскинувшейся на просторной больничной кушетке, пышнотелой женщиной. Боже, как она извивалась, как она буйствовала и восторгалась своим двадцатым, а может быть, и сотым за вечер оргазмом.
Длилось это великое безумство еще не меньше полутора часов. И лишь когда на часах пробило десять и до отбоя осталось полчаса, уставшие и довольные мужики по одному стали покидать санчасть. Последним из гостей ушел Сережка Гурьев.
Остался с Лизой лишь Славик Харцвели, который с интересом наблюдал за тем, как она приходила в себя после трехчасовой оргии. Глаза Елизаветы Васильевны светились безусловным счастьем.
В этот вечер сбылись ее мечты. Лежа на кушетке рядом со Славиком, она мурлыкала как кошка:
– Славка, миленький, любименький. Как я тебе благодарна! Какой же ты умница! Славненький ты мой! Такой вечерок мне устроил! Всю жизнь помнить буду!
– Лиз, а Лиз! Можно попросить тебя об одном одолженьице? – осторожно, издалека начал разговор Харцвели-скульптор, поглаживая Елизавету по животу, по бедрам, по спине.
– Да я теперь, Славчик, что хочешь сделаю! Теперь я вся твоя, до кончиков волос.
Вся я в твоих руках. Бери меня, приказывай! За тебя я теперь жизнь отдам, всю кровушку до капельки."
"– Всю не надо, Лиз. Дельце простое, элементарное для тебя. Выполнишь – мы еще такой вечерок устроим. И не один. Регулярно сделаем.
– Ой хочу еще таких вечерков. Говори, разлюбезный мой Славочка, что нужно сделать.
– Елизавета, ты, я знаю, укольчики делаешь новеньким сидельцам нашим, – начал Славка Харцвели. – Лечишь их, болезных. Да ты глазки-то не округляй.
Я ведь все знаю. Об том вчера с Димкой-ветеринаром и толковал Мулла, между прочим. И, между прочим, договорились с ним, что ребятишек этих надо побыстрее на ноги поставить. Ветлугин-то вчера и предложил сменить им препарат на более действенный. Колоть будешь теперь что-нибудь укрепляющее. Витамин Бэ, Цэ, Е – уж не знаю, тебе виднее. Кальций, там, алоэ. Словом, Ветлугин сказал: на Лизино усмотрение.
Медсестра удивленно глядела на своего полюбовничка.
