А также вариант – подвалить к дедушке Саше. На три голоса изобразить, как они измучились на вступительных экзаменах, а Тане особенно требуется отдохновение перед ужасной перспективой идти работать санитаркой в занюханную городскую больницу. Они знали наперед: дедушка буркнет, мол, подорожала нынче газировка, и выложит деньги. Но только если Бама одобрит.
Их бабушка! Просто кол, к которому они привязаны! На коротком поводке. И Баму нельзя разжалобить, задурить, мороком окутать. У Бамы вековечные принципы, установки: что положено девушкам, а что запрещено.
Марфа не собиралась устраивать инспекторских проверок в ленинградской квартире. Подвернулась оказия: соседи на личном автомобиле ехали в город, а у Камышина закончилось лекарство от давления. Плюс еще всякие мелочи, которые купишь только в городе.
Она вошла в свою квартиру (Таня, Соня, Маня как по струнке в коридоре выстроились), потянула носом:
– Табачищем воняет. Опять тут всю ночь гулеванили?
Марфа прошлась по комнатам. Хорошо, что приехала в обед, внучки успели порядок навести, пустые бутылки и пепельницы вынести.
Форточки все открыты, пол влажный, только вымытый.
– Бама! Ну что ты рыскаешь, как ищейка?
– Да! У нас были друзья, мы… ужинали, танцевали…
– Среди наших одноклассников тоже есть кто, как Таня, не поступил…
– Мальчикам теперь в армию…
– В отличие от Тани…"
"– И еще были новые, из абитуриентов, с кем познакомились, искусствоведы…
– Математики… будущие…
– Не морочьте мне голову! – опустилась в кресло Марфа. – Что порушили, разбили, изничтожили?
Соня и Маня с двух сторон ударили Таню в бока: говори!
– Э-э-э… Ваза… хрустальная, сине-белая, из Германии.
Мама ее тебе подарила на юбилей…
– Мы просто достали показать.
– Похвастаться.
– Один мальчик нечаянно задел.
– Ваза вдребезги.
– Вообще-то она была пошлой…
– Ну-ну, – не поверила Марфа, – похвастаться, мальчик нечаянно задел.
Дело было нечисто, но Марфе в голову не могло прийти, что ночью в ее квартире во время диких плясок злополучную вазу молодежь станет по очереди водружать на голову (проверяя равновесие после выпитого), пока у одного мальчика ваза не слетит с макушки, упадет и рассыплется сине-белыми кристаллами.
Раздался длинный телефонный звонок. Местные вызовы были короткой пульсации, междугородные звонки тянулись призывно долго.
– Зуб даю, – подскочила к аппарату Соня, – опять этот сумасшедший. Клад! Клад! – загробным голосом прорычала она. – Приезжайте срочно! – Сняла трубку и проговорила тоненько: – Аллё!..
