– У меня премьера вот-вот, у Тамары ответственная работа! А ты не беременная!
– Извини! У меня вообще много недостатков!
Когда стараниями бабушки гости поздоровались как следует, сняли верхнюю одежду, переобулись в домашние тапки, вымыли руки и уселись за стол, казалось, наступил мир. Однако не тут-то было.
Выпив рюмку материнской настойки из графинчика, прихлебывая ею же сваренные щи, Степан сказал дочери:
– Из тебя не выйдет настоящей актрисы! Кривляние и жеманничанье – это не талант. Будешь прозябать на «Кушать подано», с задворков сцены смотреть в спину главным героиням.
Судьба хоть и типичная, но бездарная, печальная, пустоцветная. Тебе это надо?
– А что мне надо? – с вызовом, обидевшись, спросила Соня.
– Ты должна сама решить, – пожал плечами отец.
– Не всем везет к семнадцати годам понять свою профессиональную расположенность, а кому-то его предназначение открывается ближе к пенсии, – подала голос мудрая мачеха Тамара Николаевна.
Она частенько становилась на линию огня между отцом и дочерью.
– Надо выбирать занятие, которое тебе нравится. – Степан протянул тарелку матери за добавкой.
Соня на несколько секунд задумалась и нашла только одно занятие, которое ей было по душе:
– Мне нравится шить наряды.
– Ну и шей, – благодушно напутствовал папа.
Степан искренне считал, что не стоит тратить жизнь в угоду карьере, погоне за деньгами; корочки о высшем образовании – никчемные бумажки, ради которых пять лет просиживать штаны – глупость, бесцельная трата золотых лет.
Соня оценивала перспективы совершенно иначе:
– Таня и Маня – в институты? А меня ты хочешь затолкнуть в ПТУ?
– Соня! – хором одернули ее сестры.
Тамара Николаевна удивилась тому, что лица присутствующих, минуту назад веселые и беззаботные, вдруг стали хмурыми и суровыми.
Дело было в бабушкином воспитании. Свою педагогическую задачу она видела в привитии девочкам «правильных правил». Коих было несколько десятков, большинство – крестьянских, дремучих, по причине архаичности отброшенных.
Но были и установки, которые так крепко вошли в сознание, что уже казались культурными моральными эталонами, а не бабушкиными внушениями.
Например, за столом, во время еды нельзя ссориться, говорить колкости, выяснять отношения. Культурной женщине запрещается говорить под руку принимающему пищу мужику, портить ему аппетит. Если мужик, пережевывая вместе с котлетами упреки, запустит в бабу тарелку, то он будет совершенно прав.
