На бегущих людей никто не обращал внимания; затыкая уши ладонями, члены Революционного комитета метались из одного кабинета в другой, показывая друг другу знаками, что не понимают, в чём дело."
"Один солдат, крестясь, палил в потолок, но он с таким же успехом мог бы стрелять в ватное одеяло: из-за чудовищного звука пожарной сигнализации выстрелов не было слышно.
Князь обернулся и на ходу показал Тимофею два пальца. «Сирена будет звучать ещё две минуты», – понял тот.
Секунды проносились стремительно.
Тимофей увидел, как Сева расшвырял конвоиров, словно это были мешки с зерном и, пробиваясь через людскую, высадил плечом стекло. Ещё немного, и… Впереди уже была видна дверь, ведущая на набережную…
И тут руку Тимофея, сжимавшую кисть Аполлона Сидоровича, рывком потянуло книзу. Он остановился, и увидел, что библиотекарь, без сознания, лежит посреди ковра.
Раздумывать было некогда. Тимофей встал на колени, молниеносно оценил ситуацию и, легко скользнув пальцами по напрягшейся шее Аполлона Сидоровича, нажал на нужную точку, одновременно крепко ударив его кулаком в грудь, пытаясь восстановить сердечный ритм.
Так. Теперь непрямой массаж сердца. Тимофей почувствовал, как под его рукой хрустнуло ребро. Ничего. Срастётся. Сейчас главное – запустить мотор, перекачивающий кровь, иначе – кислородное голодание и смерть мозга. «Сева, беги, Сева, беги», – ритмично колотилась в голове мысль в такт каждому нажатию на грудную клетку. Глаза моментально залил пот, от боли в раненом плече и слабости не хватало дыхания, но он с упорством продолжал делать своё дело, не обращая внимания на окружающее.
– Ну, давай, дыши, – приговаривал Тимофей, на секунду останавливаясь, чтобы проверить пульс.
Внезапно он заметил стоявшего рядом Всеволода.
Казалось, что в наступившей вокруг зловещей тишине пролетело не одно столетие, пока наконец врач ощутил под рукой чуть заметное шевеление. Старик задышал. Сначала с трудом, но постепенно его дыхание становилось всё ровнее и ровнее.
– Слава Богу! – обессиленно прошептал Тимофей, тут же вздрогнув от окрика охранников: «Встать! Руки за спину!». Он поднял голову и уткнулся взглядом в частокол штыков.
– Ведите их в кабинет для допросов, – сказал кто-то из толпы.
Братья переглянулись, и, не сговариваясь, нагнулись за Аполлоном Сидоровичем.
– Поддерживай с другого бока.
– Держу, не беспокойся.
Они взвалили больного на свои плечи и поволокли его в обратную сторону.
