Ни к чему мне все это. Я легко могу в него влюбиться, ведь он самый настоящий «плохой мальчик». Невоплощенная мечта каждой нормальной женщины, причина ее слез и страданий. Это пугает.
– Бл*ть, Алёна, ты вообще меня слышишь? – спрашивает Бес.
– Да, – отвечаю, глядя под ноги, пока мы идем к машине.
– А молчишь чего?
– Думаю, – буркаю я.
– Ясно. Не пробовала делать еще что-нибудь, пока думаешь?
Улыбаюсь.
– Мне и так нормально, – заверяю его.
Он открывает для меня пассажирскую дверь своего «бумера» и, к моему удивлению, забирается на заднее сидение следом за мной.
Удобно разваливается, широко расставив свои ноги, и кладёт одну руку на сиденье за моей спиной. Вадик, который занял водительское кресло, выглядит достаточно уверенно, тем не менее, Антон вкрадчиво напутствует ему в затылок:
– Не больше семидесяти.
А потом обращается ко мне:
– Адрес какой?
Называю адрес, и Вадик вбивает его в навигатор. Чтобы отвлечься от подавляющей близости Антона, спрашиваю:
– А сам ты с какой скоростью ездишь на этой машине?
Он поворачивает ко мне избитое лицо и говорит:
– Ты обязательно об этом узнаешь, как только я смогу сесть за руль.
Думаю, не нужно объяснять, что мое глупое сердце сделало кульбит. Сначала попробовало вырваться через горло, затем пробить ребра. Щеки вспыхнули, руки затряслись. Ненавижу свою нестрессоустойчивость. Отворачиваюсь, чтобы спрятать пунцовые щеки. Я боюсь требовать объяснений, предпочитая витать в розовых облаках надежды.
Вадик трогается, и Антон начинает делить свое внимание между мной и тем, что происходит за лобовым стеклом.
– Какие планы на сегодня? – спрашивает он, беря двумя пальцами прядь моих волос в том месте, где они из «темного шоколада» плавно превращаются в «ультрамариновый водоворот», и лениво наматывает ее на палец.
Грейпфрутовый аромат дурманит мозги, а вид его руки, окруженной моими волосами, вызывает уже знакомые шевеления в животе. Мне кажется, что он может прочесть на моем лице все эти мысли. Ерзаю по сидению, с опаской поднимая глаза.
Вижу, что этого не произошло. Слава Богу!
Отворачиваюсь к окну, говоря:
– Собирались с друзьями на природу.
– У тебя есть парень? Муж?
Резко поворачиваюсь к нему.
– Я если есть, то что? – спрашиваю, сама не зная откуда во мне взялся этот дух противоречий? Я предпочитаю вести себя с людьми мило и редко лезу на рожон. Говорю же, этот человек вытаскивает наружу мои худшие качества.
– Если есть, то я ему зубы выбью.
