Из-за отсутствия легионов на своей территории Рим был уязвим. И те, кто жил в Риме, очень хорошо сознавали это.
Если допустить, что красный флаг спустили из-за присутствия в Этрурии Катилины с армией, тогда легче определить временной отрезок, когда это могло произойти. Суд над Рабирием должен был происходить сразу после того, как Катилина соединился с Манлием и с ветеранами Суллы – предположительно около Фезул. Конечно, можно возразить, что Манлий и один представлял значительную угрозу. Однако если Катилина находился в Риме (он покинул его 8 ноября или сразу после этого), то приходится допустить, что Манлий вынужден был выступить в поход самостоятельно.
Мягко говоря, неубедительное предположение. Очевидно, Катилина присоединился к Манлию между 14 и 18 ноября (последнее число – дата, когда Катилина и Манлий были объявлены врагами народа).
Теперь акцент сдвигается с Целера и красного флага на Цезаря и Лабиена. Другой конец временного отрезка – 9 декабря, последний день Лабиена на посту плебейского трибуна.
Приблизительно шестнадцать дней проходит между серединой ноября и захватом аллоброгов на Мульвиевом мосту. Это дни, когда действовал senatus consultum ultimum, Катилина и Манлий официально были вне закона, и Рим пытался узнать, кто именно в городе тайно поддерживает Катилину. Имена называли, но доказательств не было. Заговорщики внутри Рима ничем себя не выдавали. Вероятно, суд над Рабирием происходил в какой-то из этих шестнадцати дней.
"
"То, что я предпочла шестое декабря девятому – четыре дня разницы, – объясняется моими представлениями о характере Цезаря. Пятого декабря он выступал в сенате, призывая помиловать заговорщиков. Один из них был его родственником по браку, мужем сестры Луция Цезаря. Поэтому между ними продолжала существовать amicitia, несмотря на тот факт, что несколько лет назад Цезарь выступил обвинителем брата первого мужа Юлии Антонии. В случае Лентула Суры Цезарь мог лишь просить о милосердии (и хотя древние источники утверждают, что все консуляры голосовали за смертный приговор, вероятно, Луций Цезарь воздержался).
Это Катон поднял волну. Именно он был способен заставить Цезаря потерять терпение. У нас есть примеры того, как быстро и с какими разрушительными последствиями мог Цезарь выходить из себя. Мы также знаем, что Цезарь умел действовать со скоростью, которая поражала современников.
