Корнелия, Фабия, Велина, Клустумина, Терецина – пять триб, которые уже не покинут наши ряды. Конечно, Спинтеру придется подождать, пока пройдет закон о земле, а потом он сможет поехать в свою провинцию. Но не думаю, что он будет возражать. Бедняга все еще на вторых ролях, и boni с презрением фыркают, потому что не думают о будущем. Не стоит относиться с презрением к людям, которые могут тебе пригодиться. Но они пренебрегают Спинтером. Тем большие они дураки.
– Вчера я видел Целера на Форуме, – сказал довольный Красс.
– На мой взгляд, он выглядит очень больным.
Цезарь засмеялся:
– Это не болезнь тела, Марк. Его маленькая крепость Нола, его неприступная красотка-жена, распахнула все свои ворота для Катулла, поэта из Вероны. Кстати, Катулл, кажется, заигрывает с boni. Я уверен, что это он придумал для Бибула историю о виноградниках Публия Сервилия. Ведь Бибул словно прикипел к городским булыжникам и не покидает Рима. А чтобы знать про скот и виноградники, надо жить в сельской местности.
– Значит, Клодия наконец-то влюбилась.
– Достаточно серьезно, если Целер забеспокоился.
– Ему лучше отозвать Помптина и поехать в свою провинцию пораньше. Для военного человека Помптин не оправдал надежд в Дальней Галлии.
– К сожалению, Целер любит свою жену, Марк, поэтому он вообще не хочет ехать в провинцию.
– Они стоят друг друга, – вынес приговор Красс.
Цезарь попросил Помпея быть его авгуром во время ночного бдения, которое произошло в auguraculum на Капитолии перед первым днем нового года.
Может, кто-то и нашел это обстоятельство странным, но вслух никто не проронил ни слова."
"С середины ночи до того момента, как первые лучи солнца окрасили восточный край неба, Цезарь и Помпей, в тогах с ало-пурпурными полосами, стояли спина к спине, глядя в небо. Цезарю повезло: новый год наступил на четыре месяца раньше сезона, а это значило, что еще можно было рассмотреть, как падают звезды, рассыпая искры по черному небосводу.
Много было знаков и добрых предзнаменований, включая вспышку молнии в облаке в левой половине неба. Бибулу со своим авгуром тоже полагалось присутствовать, но даже в этом Бибул постарался продемонстрировать, что не намерен сотрудничать с Цезарем. Вместо этого он провел ауспиции у себя дома – такое вполне возможно, но все же необычно.
После обряда старший консул и его друг отправились домой, чтобы переодеться в дневную одежду.
