Почему все эти невероятно древние семьи до сих пор дают миру людей, подобных Сулле или Цезарю? Они должны были бы уже выродиться столетия назад.
Теренция очнулась от своих мыслей, когда Цезарь велел двум девочкам идти спать.
– Завтра вставать с воробьями, больше никаких праздников. – Он кивнул топтавшемуся на месте Евтиху. – Отведи их домой и обязательно передай с рук на руки слугам у дверей атрия Весты.
И они ушли, проворная Юния впереди ковылявшей Квинтилии. Аврелия смотрела им вслед, мысленно вздыхая: «Этого ребенка надо посадить на диету!» Но когда несколько месяцев назад она дала соответствующие инструкции, Цезарь рассердился и запретил всякие диеты.
– Оставь ее, мама. Ты – не Квинтилия, а Квинтилия – не ты. Если бедной девочке нравится есть, пусть ест. Потому что она получает удовольствие! Мужей им не видать, и я хочу, чтобы ей продолжало нравиться быть весталкой.
– Она же погибнет от переедания!
– Что же делать! Я одобрю твое решение только тогда, когда Квинтилия сама надумает поголодать.
Что можно сделать с таким человеком? Аврелия закрыла рот и прекратила всякие разговоры на эту тему.
– Без сомнения, – сказала она, теперь немного едко, – ты собираешься на место Лицинии выбрать Минуцию.
Красивые брови Цезаря взлетели.
– Почему ты так думаешь?
– Ты, кажется, неравнодушен к жирным детям.
К желаемому эффекту это не привело. Цезарь рассмеялся:
– Я вообще неравнодушен к детям, мама. Высокие, низкие, тонкие, толстые – мне все равно.
Однако, поскольку ты затронула эту тему, рад сообщить тебе, что положение с весталками улучшилось. Я получил пять предложений – очень приличные девочки: все хорошего происхождения и все с отличным приданым.
– Пять? – удивилась Аврелия. – Я думала, что будут только три.
– Можно нам узнать их имена? – спросила Фабия."
"– А почему бы и нет? Выбор за мной, но я не вращаюсь в женском мире и определенно не претендую на знание ситуаций в семьях. Однако двух из них я серьезно не рассматриваю.
Кстати, одна из них Минуция, – сказал Цезарь, с усмешкой глядя на мать.
– Тогда кто же заслужил твое внимание?
– Некая Октавия из той ветви Октавиев, которые носят преномен Гней.
– Тогда это внучка консула, который умер в крепости на Яникуле, когда Марий и Цинна осаждали Рим.
– Да. Есть у кого-нибудь еще информация?
Ни у кого. Цезарь назвал следующее имя – некая Постумия.
Аврелия нахмурилась. Нахмурились и Фабия с Теренцией.
