«Проблема в том, – думала она, – что мы трое так мало похожи друг на друга!»
Мать Юлии умерла, когда ей только-только исполнилось семь лет, так что все годы ее взросления Аврелия являлась для нее одновременно и матерью и бабушкой. Не очень доступная, вечно занятая и строгая, Аврелия тем не менее дала Юлии то, в чем дети нуждаются больше всего, – уверенность в собственной безопасности и дружбу. Хотя Аврелия редко смеялась, она была остроумной и могла пошутить в самый неподходящий момент. Она считала, что и у Юлии есть чувство юмора, потому что Юлия любила смеяться.
Мать Цезаря внимательно относилась к воспитанию ребенка, от умения одеваться со вкусом до немилосердного обучения хорошим манерам. Не говоря уже о том, что Аврелия приучала Юлию принимать свою судьбу без сантиментов и прикрас, принимать с достоинством, с гордостью, без ощущения несправедливости, без возмущения.
– Нет смысла желать другого или лучшего мира, – постоянно твердила Аврелия. – Этот мир – единственный, что у нас есть, и мы должны жить в нем по возможности счастливо и с удовольствием.
Юлия, мы не можем бороться с Фортуной или с Судьбой.
Цезарь был совсем не похож на свою мать – общей была у них только твердость характера, – и Юлия знала, что при малейшей провокации между ними возникают трения. Но для дочери Цезарь был началом и концом того мира, принимать который учила ее Аврелия: не бог, но определенно герой. Никто в глазах Юлии не был таким безупречным, как ее отец, таким выдающимся, таким образованным, таким остроумным, таким красивым, таким идеальным, таким римлянином.
О, она очень хорошо знала его недостатки (хотя Цезарь никогда не демонстрировал их перед дочерью), от наводящего ужас крутого нрава до главного, по ее мнению, греха: он играл с людьми, как кошка играет с мышью, – безжалостно и холодно, с довольной улыбкой на лице.
– У Цезаря есть серьезная причина отдалиться от нас, – вдруг сказала Аврелия, останавливаясь.
– И она – не в том, что он боится встретиться с нами, в этом я абсолютно уверена. Я могу лишь предположить, что его мотивы не имеют к нам никакого отношения.
– И даже, может быть, – оживилась Юлия, – это не имеет ничего общего с тем, что беспокоит нас.
Блеснула красивая улыбка Аврелии.
– Ты с каждым днем становишься все более проницательной, Юлия. Да, да, это так.
– Тогда, бабушка, пока он занят, я поговорю с тобой.
