Поддержку могли получить и свободные, и рабы. И только строгий хозяин имел возможность оставаться невосприимчивым к давлению со стороны рабов. В семье Туллия Цицерона рабами распоряжалась Теренция. Но даже Теренция хорошо относилась к Тирону, который умел легко успокоить маленького Марка и убедить Туллию слушаться мать.
Этот грек вошел в семью Туллия совсем молодым. Он продал себя в рабство, которое считал лучшей долей, чем прозябание в бедном и малоизвестном беотийском городе. Ласковый и добрый, он пришелся по душе Цицерону.
К тому же грек оказался блестящим секретарем. Такого человека невозможно было не полюбить. Поскольку Тирон был неизменно внимателен и заботлив, даже самые недоброжелательные и эгоистичные среди рабов Цицерона не могли его обвинить в заискивании перед хозяином и хозяйкой. Его доброта распространялась и на других рабов, вызывая ответную любовь.
Однако больше других дорожил им Цицерон. Тирон не только великолепно знал греческий и латынь, но еще обладал литературным чутьем, и, когда он давал понять, что какая-нибудь фраза составлена неудачно или определение подобрано не вполне точно, его хозяин останавливался и старался подыскать другой вариант.
Тирон великолепно владел скорописью, а после переписывал все надиктованное красивым, четким почерком, не меняя в тексте ни одного слова.
Ко времени консульства Цицерона этот самый идеальный из слуг прожил в семье пять лет. Конечно, в завещании Цицерона он уже был записан свободным, но ему предстояло служить еще десять лет, после чего Тирон сделается клиентом Цицерона и преуспевающим вольноотпущенником.
Его жалованье было высоким, и он всегда первым получал повышение. Так что всех беспокоило только одно: как будет существовать семейство Туллия без Тирона?
Вторым в списке друзей значился Тит Помпоний Аттик. Этой дружбе исполнилось уже много-много лет. Они встретились на Форуме, когда Цицерон был еще юношей, а Аттик учился, готовясь принять дела своего отца.
После смерти старшего сына Суллы (лучшего друга Цицерона) Аттик занял его место. Аттик был на четыре года старше. Родовое имя «Помпоний» пользовалось большим почетом, ибо Помпонии были фактически ветвью рода Цецилиев Метеллов, а это, в свою очередь, значило, что они входили в самое ядро высшего общества Рима. Стоило Аттику захотеть, и карьера в сенате, а может быть, и консульство были бы ему обеспечены.
