«Успокойся, Мила, это просто страшный сон».
Всю прошлую неделю мне снились сны с участием бывшего мужа, но этот переплюнул все предыдущие. И вроде умом понимала — это все игры подсознания, ложь, а сердце изнутри разъедала тревога.
Я медленно выдохнула, успокаивая сердцебиение, и тут заметила: Артура в кровати нет.
Часы на прикроватной тумбе беспристрастно показали полчетвертого утра. И где он может быть в такое время? Неужто уехал куда, даже не предупредив? Я потянулась к телефону, который обычно клала на эту же тумбочку, и тут же мысленно хлопнула себя ладонью по лбу: забыла его на кухне.
Делать нечего. Накинув халат, медленно потопала вниз. Тело пробила крупная дрожь, и я невольно поежилась.
Все же странно, где Артур? Обычно его и пушкой ночью не разбудишь. Дрыхнет как сурок, собственнически прижимая меня к себе, еще и бурчит, если пытаюсь скинуть с себя его пудовую ручищу.
Шагах в десяти от кухни застыла. Странно, я точно запомнила: закрывала дверь на кухню перед тем, как идти спать. Но она оказалась открыта.
Я тихонько подошла к входу и медленно потянулась к выключателю. Щелкнула им и... расхохоталась.
Артур, на котором лишь трусы-боксеры, застыл, застигнутый на месте преступления.
В руках — контейнер с остатками малинового салата и вилка. Во взгляде — ни капли раскаяния, только досада, что застукала.
— Проголодался. Ну вкушно же, — не успев дожевать, объяснил он.
Потом вдруг нахмурился и окинул меня обеспокоенным взглядом.
— Что-то случилось? Ты какая-то бледная.
Миг, и контейнер уже на столе, а он — рядом, обнял меня за плечи и всмотрелся еще пристальнее.
— Плохой сон, — вздохнула я."
"— Ремезов? — как-то сразу догадался он.
— Угу.
— Иди ко мне.
Да, объятия Артура — как раз то, что нужно, и уже через минуту я расслабилась, прислонившись ухом к его груди. Мерный стук его сердца и теплые руки подействовали лучше всяких лекарств.
— Ну как, получше? — немного отодвинувшись, поинтересовался он.
Я молча кивнула.
— Пойдем наверх?
И снова кивок.
Через пару минут я улеглась на спину, положив голову на его руку.
И тяжело вздохнула.
— Что такое? — Артур собственническим жестом положил свободную руку мне на талию и прижал к себе.
— Да так, — вздохнула я еще тяжелее.
— Мила-а-а, — протянул он.
— Ну... — замялась я, — ты же помнишь, что в пятницу был мой последний рабочий день у Евгении Александровны?
— Помню. — Голос Артура стал строже. — И что?
— Ну как что, — пожала я плечами, — хочу искать другую работу.
