Вид у нее был, как всегда, безупречный, но в движениях угадывалась легкая усталость.
— Анечка, — Мышкин лениво потянулся, и его голос в ночной тишине прозвучал как-то особенно интимно и бархатисто. — Ну куда ты так спешишь? Может, останешься хотя бы сегодня? Мы же так хорошо посидели. Такой отличный был вечер. Такой вкусный ужин.
Кобрук, не оборачиваясь, только хмыкнула.
— Нет, Корнелий, не останусь. Я хочу спать. В своей собственной кровати. И потом, у меня еще куча работы. Я вон, с собой целый портфель бумаг притащила.
Буду до утра отчеты проверять.
— Ты слишком много работаешь, Аня, — он сел в кровати, и простынка сползла, обнажая его торс. — Тебе бы отдохнуть. Развеяться.
— Нет, Корнелий, не надо мне отдыхать, — она резко оборвала его. — Мне и так хорошо.
Мышкин вздохнул.
— Ладно, как скажешь. Но раз уж мы заговорили о работе… нам нужно кое-что обсудить.
Кобрук напряглась. Она перестала застегивать блузку и, повернувшись к нему, смерила его настороженным взглядом.
— Что такое? Что-то случилось?
— Да, случилось, — он кивнул. — Адепт Разумовский…
Кобрук закатила глаза.
— Опять этот Разумовский! Господи, да что же это такое! В последнее время в моей жизни стало слишком уж много этого адепта Разумовского! Он что, опять что-то натворил?
— Нет, Анечка, на этот раз успокойся, — Мышкин усмехнулся. — Ничего страшного он не натворил. Даже, скорее, наоборот. Он тут, можно сказать, тебе подсуропил немножечко.
— Что, в смысле? — она удивленно приподняла бровь.
— Куда это он меня «подсуропил»?
— А вот куда, — Мышкин стал серьезным. — Ко мне приходила Марина Ветрова, мать Сеньки Ветрова, если ты помнишь…
— Да помню я! — воскликнула Кобрук, своим тоном подталкивая его переходить к делу.
— И вот я провел небольшое расследование, — продолжил Мышкин. — По поводу того случая с Ветровыми и Разумовским. И наткнулся на очень интересные вещи. Похоже, у тебя в больнице завелась целая банда, которая терроризирует пациентов, ворует лекарства и занимается откровенным шантажом.
Кобрук удивленно вскинула брови.
— Что⁈ В смысле⁈ Кто, что, как, зачем, почему⁈
— Я пока нащупал только самую верхушку этого айсберга, Аня, — он покачал головой. — Но, по моим предварительным подсчетам, ущерб, нанесенный больнице, составляет уже тысячи имперских рублей. И, что самое интересное, все ниточки ведут в одно и то же место. На станцию скорой медицинской помощи.
