Рита смотрит на меня, не мигая, потом молча откидывается на спинку кресла и складывает руки на груди, всем своим видом выражая недовольство.
— И что это было? — резко спрашивает.
Я расслабляюсь немного, значит мы поговорим, а не истерики выдавать будем. Что ж, прекрасное качество для женщины.
— Это было успокоительное. — отвечаю просто.
— Меня не нужно успокаивать, тем более так. Ты же сам сказал, что никакого интима!
— Это всего лишь поцелуй, который кстати обязательно повторится, поскольку мы будем, по крайней мере год, изображать пару.
— замолкаю на минуту, ожидая пока официант поставит на стол заказанные блюда. — Объятия, прикосновения, поцелуи будут обычным делом.
— Но мы так не договаривались! — Рита опять облокотилась на стол, пытаясь не привлекать внимания людей вокруг и говорить тише. — Быть вместе на людях и этого достаточно.
— И выглядеть это будет так, словно я тебя под пистолетом рядом с собой держу? — я напускаю на себя сердитости, мне неожиданно нравится вся эта перепалка, словно я чувствую некий задор, флирт.
— Маргарита, ты весьма разумная девушка, поэтому, посуди сама, без естественности в нашем общем деле никак. Не хочу тебя принуждать, просто пытаюсь помочь и тебе, и себе. Согласись, мы оба нуждаемся сейчас друг в друге. Как партнеры по сделке, хотя и не совсем обычной.
Девушка отводит взгляд, задумывается, бессознательно перебирая руками салфетку.
— Твоя сестра обязательно расскажет о нашей встрече матери, а та отцу. И ты в этом рассказе будешь не несчастной одинокой, а вполне себе довольной жизнью.
— Рита вновь смотрит на меня. — Они знают о том, что может сделать с тобой семья Мирослава, знают, что ты беззащитна и живешь одна в не совсем устроенном доме, не скажу за твоего отца, но мачеху очень порадовало, если бы ты страдала ещё больше.
Маргарита выпрямляется и в глазах я замечаю боль и горечь.
— Отец не может…
— Он поглощен проблемами, реальным банкротством, но это не оправдывает его отношения к тебе. — пытаюсь быть прямым в этом вопросе, считаю, что так правильнее и лучше для Риты.
— Он не всегда был таким. — в голосе проскальзывают слёзы, но из глаз не проливаются.
— Я верю тебе, но сейчас всё иначе, только мы вместе можем сделать нечто, что поможет нам обоим. — делаю упор на здоровую гордость девушки, которая явно есть. — Ты будешь такой, какой не хотят видеть тебя мачеха, сестра. Это ли не стимул?
Маргарита глубоко вздыхает и даже меняется внешне, пропадает растерянность и страх.
